Post #3874

16 февраля 2024 года в тюрьме был убит Алексей Навальный. Андрей Григорьев пишет: "Он понимал, что его возвращение в Москву закончится посадкой. Но понимал также, что другого столь же удачного шанса объединить вокруг себя протестный электорат может не представиться. Возможно, Навальный надеялся, что давление изнутри (протестующие россияне) и снаружи (Запад, грозящий новыми санкциями) всё жё приведут к освобождению — но переоценил и россиян, и Запад. А Путина напротив — недооценил. Навальный не мог поверить, что Путин дерзнёт отдать приказ об его убийстве в колонии. Особенно — после того, как его отравителей поймали за руку, а к Навальному, как к политзеку номер один, уже пережившему неудачное покушение, будет приковано внимание Запада. Но, главное, ни политик, ни его окружение не предусмотрели фактор, который поднимет ставки ещё выше. Они не предусмотрели полномасштабной войны России с Украиной. У «войны одного Путина» есть эффект, который всё ещё неодооценён. Спецоперация Кремля одним махом обнулила всю российскую оппозицию. В новой российской реальности для неё остался незамысловатый набор из трёх опций — конформизм, тюрьма или изгнание. И уже ничто не мешало Путину просто ликвидировать своего политического оппонента, где бы тот ни находился. Портить отношения с Западом дальше, чем Третья мировая, уже некуда. А если на горизонте замаячит реальная мирная сделка, то про смерть главного оппозиционера в российской колонии никто уже и не вспомнит. Значит ли это, что январский протест 2021 года был бессмысленным? Напротив. От некоторых заблуждений можно избавиться лишь методом проб и ошибок. Январь 2021 года показал нам пик возможностей всероссийского мирного протеста в России. То, что это был именно пик, доказано опытным путём. Год с лишним спустя, в феврале 2022-го, не было ничего и близко сопоставимого по массовости с протестами в поддержку Навального. Но если б и было, финал, боюсь, оказался бы неизбежен. Диктатуры не демонтируются с помощью уличной демократии. Последняя хороша там, где правители ещё не успели окончательно приватизировать власть. В противном случае стоит быть готовым к тому, что твой выход на улицу закончится строительством баррикад, а в твоих руках окажется не плакат, а бутылка с коктейлем Молотова. За без малого четыре года полномасштабной войны в Украине никакого всероссийского движения, представляюшего сколь-нибудь ощутимую угрозу режиму, так и не возникло. Нужны новые идеи, новые точки сборки. Это то, чего не может предложить мейнстрим федеральной оппозиции. Но могут предложить другие. Великое обнуление оппозиции, случившееся в 2022-м, привело к побочному эффекту, которого едва ли желал Кремль. В равных стартовых условиях с федеральной оппозицией оказались те, кто, казалось бы, уже давно изгнан на периферию российской политики. Например, покинувший страну ещё в 2013-м Гарри Каспаров, чьи взгляды на происходящее в стране до полномасштабной войны казались слишком радикальными. Или — представители национальных и регионалистких движений, чьи голоса до 2022 года были практически не слышны. Не случайно самый знаковый протест внутри России с начала большой войны не имел отношения ни к Москве, ни к федеральной оппозиции. Он вспыхнул далеко на перифериии — в Башкортостане — и вылился в масштабный политический процесс, известный под названием «Баймакское дело». Его фигурантами оказались десятки башкир, вышедших поддержать своего земляка — Фаиля Алсынова, который призывал их защищать родную землю и родной язык. Но это уже тема — для отдельной статьи". #РабствоИСвобода