Post #5273

Увы, Владимир Борисович, на этот раз вы чрезмерно оптимистичны... ********************************** Обычно я с Владимиром Борисовичем Пастуховым не спорю - его видение мне очень созвучно, хотя оно еще пессимистичнее, чем мое. Но его сегодняшний пост позволю все же оспорить, хоть и без всякой радости. Итак, Владимир Борисович написал, что: 1) "Михаил Эпштейн дал, на мой взгляд, наиболее полное и глубокое определение случившегося с Россией: дефолт культуры. 2) Дефолт в праве в самом общем виде – неспособность исполнять имеющиеся обязательства. Если применить это к культуре, то ее основным обязательством является воспроизводство цивилизации, то есть поддержание стабильного уровня конструктивных связей в обществе, препятстствующих распространению энтропии (варварства). 3) Дефолт культуры означает, что она оказывается неспособна противостоять распространению насилия как архаичного (естественного) способа саморегуляции общественной жизни. Именно поэтому дефолт культуры, помимо всех прочих своих атрибутов (знамений), всегда связан с разрушением закона и справедливости (исчезновением права). 4) Война всегда является не причиной, а необходимым следствием такого положения вещей. Устранить угрозу войны в конечном счете можно, лишь «заштопав» черные дыры в культуре, в которые утекает «цивилизационная масса». В этом смысле «цивилизационный взрыв» (например, расширение «русского мира» или «арийского мира»), который мы наблюдаем в момент дефолта культуры, является предсмертной судорогой умирающей социальности, непосредственно предшествующей ее коллапсу. 5) Однако следует при этом заметить, что дефолт в праве – это не всегда приговор. Из дефолта ведут две дороги: к ликвидации и к реструктуризации. Не думаю, что с дефолтом культуры дело обстоит похоже. 6) С ликвидацией все более-менее понятно – происходит распродажа культурных активов, их ассимиляция в чужой «бизнес-среде» и фиксация бренда в качестве «античного наследия» (которое существует уже либо только как память, либо как подделка). 7) А вот реструктуризация возможна в двух вариантах: как внешнее управление и как кризисное управление (crisis management). Мы видели, как в схожих ситуациях в Германии после Второй мировой войны был реализован сценарий внешнего управления, а в России после гражданской войны – вариант crisis management. Опция внешнего управления для России (в том числе, и с принудительным разделением, о чем сейчас много спорят) по целому ряду причин пока не является очевидной. Более вероятной альтернативой ликвидации и ассимиляции «русского проекта» мне представляется тот или иной вариант кризисного управления. 8) Задача кризисного управления в России: искать новую модель развития и соответствующий ей образ будущего России, который вытеснит и заменит собой образ архаичной империи на образ какой-то новой «генно-модифицированной империи», в культурном коде которой будет вырезан ген агрессии и привязка развития к территориальной экспансии". Отлично написано и согласен почти со всем. Кроме возможности кризисного управления в нынешней России, да еще и с целью формирования «стерилизованной от агрессии» империи. Увы, объехав за свою жизнь всю страну и пообщавшись с огромным числом людей самых разных социальных групп, я не вижу - из кого и кем может быть собрана группа кризисных менеджеров, способных совладать с нынешней Россией и провести в ней такую генную терапию, о которой мечтает Владимир Борисович Пастухов? Не буду углублять в дебри социального анализа, ибо это не моя сфера компетенции, но лишь скажу, что я полностью согласен с теми российскими социологами и политологами, которые считают единственной спаянной корпорацией граждан страны - «силовиков» и, отчасти, государственных чиновников. Но представить, что именно из них выйдут антикризисные менеджеры, озабоченные преодолением «дефолта культуры» в России и притом готовые применять силовые методы так, чтобы восстановить правовую систему страны до приемлемого состояния, у меня никакой фантазии не хватает. А больше-то искать и негде, это я еще в 90-е годы на собственном опыте убедился.