Post #9429

📚ВОСКРЕСНОЕ ЧТЕНИЕ 📚 Сегодня делимся воспоминаниями медицинских работников, которые пережили страшные годы войны.Благодаря их труду было спасено более 17 миллионов солдат, по другим данным — 22 миллиона. Около 70% раненых были спасены и вернулись к полноценной жизни. Из 700 тысяч военных медиков погибло более 12,5%. По воспоминаниям доктора Ярцевой Н.С.: Когда началась война, я была еще студенткой Ленинградского медицинского института. Просилась на фронт несколько раз – отказывали. Не одна, с подругами. Нам по 18 лет, первый курс, худенькие, маленькие... В районном военкомате нам сказали: вас убьют в первые пять минут. Но все же дело для нас нашли – организовывать госпиталь. Немцы быстро наступали, раненых становилось все больше... Под госпиталь приспособили Дворец культуры. Мы, голодные, кровати железные, тяжеленные, а таскать их приходилось с утра и до ночи. В июле все было готово, и в наш госпиталь начали поступать раненые. Медсестра сочинского эвакогоспиталя Лидия Сергеевна Лисавва: Топили печи заборами и скамейками, и в печках кипятили инструменты. Вот в таких условиях приходилось работать Полевые хирурги работали обычно по 16 часов в день. При большом потоке раненых могли оперировать двое суток без сна. Во время ожесточенных боев в полевой госпиталь поступало около 500 раненых. Из воспоминаний врача Бориса Бегоулева: Волнующие чувства переживаем в эти дни мы, военные врачи. Доблестные красные воины, как львы, дерутся с врагом, отстаивая каждую пядь священной советской земли. Зорко охранять здоровье и жизнь бойцов и командиров, самоотверженно бороться с нависшей над ранеными смертью — вот к чему зовет нас Родина. И, зов этот мы принимаем, как боевой приказ. Доставка раненого в полевой госпиталь не должна была превышать шести часов. От первой помощи, оказанной санитаркой, зависела жизнь. Военный фельдшер Стрелкова А.М. вспоминала: Таскали на себе мужчин, в два- три раза тяжелее нас. Взвалишь на себя восемьдесят килограммов и тащишь. Сбросишь … Идешь за следующим… И так раз пять- шесть раз за одну атаку. А в тебе самой сорок восемь килограммов- балетный вес. Просто не верится, как это мы могли... В годы войны оперировать было крайне сложно. Из воспоминаний ленинградского хирурга Бориса Абрамсона, блокадная зима 1941–1942: Сегодня очень холодный день. Ночи темные, страшные. Утром, с приходом в клинику, еще темно. И там часто нет света. Приходится оперировать при керосине и при свечах… Медсестра Тамара Равдина, Ленинградский фронт: Консервированной крови у нас не было, и я предложила свою, поскольку у меня универсальная группа крови. Я села на табурет в перевязочной, санитарка туго затянула мне жгутом левую руку выше локтя, вена вздулась, и хирург через иглу-трубочку быстро заполнил стакан моей кровью. Локоть мне забинтовали, затем мы пошли с кровью в палату и втроем влили Сычеву через такую иглу мою кровь из стакана. У раненого наступило стойкое улучшение, через месяц он вместе с другими был благополучно эвакуирован в тыл. Когда чего-то не хватало, медики сами занимались изобретательством, конструированием и рационализаторством. Врач Юрий Горелов, работавший в эвакуационном госпитале в Сибири: Медсестры А. Костырева и А. Секачева изобрели особую каркасную повязку для лечения ожогов конечностей. Майор медслужбы В. Марков сконструировал электрозонд для определения местоположения осколков в организме. Стихотворение санитарки Юлии Друниной: Измученный, седой от пыли, / Он к нам, хромая, подошел. / (Мы под Москвой окопы рыли, / Девчонки из столичных школ). / Сказал впрямую: "В ротах жарко. / И много раненых: Так вот — / Необходима санитарка. / Необходима! Кто пойдет?" / И все мы "Я!" сказали сразу, / Как по команде, в унисон. После войны более 116 тысяч медиков получили ордена и медали, 47 — стали Героями Советского Союза. #МедицинскийКолледж2#КолледжиМосквы | #ДОНМ