Post #249

«Парни как дубы выросли — купить им будущих жен. Брать девиц не старше двадцати годов, а за молодых вдов с дочками платить не торгуясь» — этот приказ отдал своему управляющему Александр Васильевич Суворов в 1780 году, когда с удивлением обнаружил, что в его селах не хватает девиц для крепостных мужиков. Церковный запрет на межродственные браки делал невозможным создание семьи в границах небольшого села, где так или иначе все были друг другу родней. Потому девицу из такой общины продавали или обменивали на аналогичную "чужую", пригодную для замужества. Как правило, это была обязанность управляющих имениями, но мало кто из них подходил ответственно к демографии крепостных. В итоге жениться парням было банально не на ком. И Суворов, как заботливый барин, взял под собственный контроль столь щепетильный вопрос. Александр Васильевич подошел к решению демографической проблемы основательно. Закупил барышень с подтвержденной фертильностью — вдов с детьми, которым устроить свою жизнь в статусе крепостных было крайне трудно. А чтобы мужики его имений охотнее женились, объявил выдачу свадебных денег: 10 рублей на брак с девицей, 15 рублей за венчание с вдовой и по 3 рубля за каждого ребенка, принятого вместе с ней на воспитание. Уже через три года результат превзошел ожидания. Мужики охотно вступали в брак, получали "подъемные деньги" (а сумма немалая, с учетом того, что лошадь стоила два рубля с полтиной), при этом овдовевшие барышни обретали вновь замужний статус. Народились детки, и барин-полководец был счастлив. Виртуозно устраивая чужую личную жизнь, в своей Суворов терпел неудачи. Женился поздно, в 44 года, и то по настоянию отца. Избранницей стала Варвара Прозоровская — девушка из знатного княжеского рода, младше Александра на 20 лет. Семейная жизнь не задалась сразу. Варенька любила балы и светское общество, Суворов — тихую жизнь, а настоящую страсть питал только к военному делу. По сути, чужие друг другу люди попробовали создать семью, но ничего не вышло, несмотря на рождение двух детей. Александр вскоре обвинил супругу в неверности, тяготился ее обществом и предпринимал несколько попыток к разводу. Благодаря влиятельным родственникам Прозоровская получила право раздельного проживания с мужем и ежемесячное содержание, но официально брак расторгнут не был. Великий полководец так и не почувствовал себя счастливым в семейной жизни. По его собственному признанию, он был влюблен однажды и на всю жизнь, а избранница, забравшая его сердце и разум, — военная служба. Он был нежным отцом своим детям только на расстоянии и в письмах. В письмах он скучал, в письмах любил, в письмах ласкал дочку и сына, но ни разу не стремился быть рядом. Возможно, не имея собственной крепкой семьи, Александр Васильевич так рьяно взялся за архитектуру крепостных судеб, и в этом безусловно преуспел. Ходили слухи, что вместо сватовства по его приказу использовали шеренговый метод создания пар: мужчин и женщин выстраивали друг напротив друга, и звучал приказ "Шаг вперёд!". Оказавшиеся напротив тут же венчались. Эти домыслы родились исключительно с опорой на военную карьеру Суворова и скорее от зависти. Ничего подобного, естественно, не происходило. Обоюдная симпатия и очевидная выгода браков делали свое дело. Справедливости ради стоит отметить, что пресловутый шеренговый метод всё же будет использован спустя 40 лет при формировании военных поселений в эпоху активной деятельности Аракчеева. Но это уже совсем другая история 😉