Post #271

«Милостью моей Кемскую волость со всеми крестьянами Соловецкому монастырю передать. А всем охотчим до жемчугов каждую десятую жемчужницу в монастырскую казну надлежит уплачивать.» Этим указом от 1591 года царь Фёдор Иванович отдаёт под контроль монахов самый доходный промысел кольских поморов. Выйдя от десятильника (монаха, собирающего налоги), Фёдор разжал обмороженную ладонь и с грустью посмотрел на то, что осталось: мелкие, сморщенные жемчужинки, едва заметные глазу. Он пытался понять, сколько за них заплатит скупщик, ведь лучшие скатные камни забрал себе монастырь, пользуясь правом выбора. Ещё год назад скоротечное лето приносило Фёдору до 50 рублей. Этого хватало на закупку зерна и уплату военного налога. Но не теперь... Соловецкий монастырь и так не бедствовал: ему принадлежали солеварни, кузницы, рыболовецкие артели и добыча пушнины. А теперь и жемчуг, кормивший поморов, перешёл под контроль обители. Монастырская крепость за 20 лет пережила несколько шведских штурмов и, будучи важнейшим северным форпостом, нуждалась в создании укреплений. После разорительной опричнины в казне не осталось денег на строительство северных рубежей, поэтому монахов перевели на самообеспечение и содержание за счёт поморов. Местное население, помимо государственных налогов, разумеется, платило монастырю десятую часть от любых доходов — так было везде. Но на Севере до конца XVI века делали исключение для ловцов жемчуга — уж слишком доходный для страны промысел. Сюда, на холодное побережье, как коршуны на добычу, слетались скупщики с Востока, Азии и Европы. Добывали жемчужины только летом, но эти три месяца кормили северян весь год: купцы останавливались на постой, брали в аренду лошадей и лодки, трапезничали в постоялых домах и, конечно, за всё платили. Экономика поморских сёл и деревень держалась за счёт иностранных скупщиков, а те, в свою очередь, — на таких, как Фёдор. Постепенно ловцы найдут выход: они объединятся в артели и договорятся с монастырём на выплату десятой части от общего веса камней без права выбора жемчужниц монахами. И на ближайшие 130 лет поморы сохранят возможность безбедного существования. А в 1721 году, Пётр I распорядится упорядочить промысел речного жемчуга и сделает его источником дохода для государственной казны. Он запретит неконтролируемый лов раковин, а надзор за добычей поручит чиновникам из дворянского сословия. Кроме того, переведёт поморов в статус государственных крестьян и распространит на них рекрутскую повинность. Но это уже совсем другая история🙁.