Post #1238

ДЕЛЕГИРОВАННЫЕ ДЕЙСТВИЯ И СЕНТИМЕНТАЛЬНЫЙ КОНЦЕПТУАЛИЗМ Андрей Монастырский — художник, ауру которого на первый взгляд заслонили произведения: истовый мистик и лукавый теоретик, гнусавый поэт и гипнотический писатель, в конце концов, живая легенда. Акции группы «Коллективные действия» — перформативные практики, основывающиеся на почти «мистериальных» инструкциях. Монастырский — художник отсутствия. С самых первых своих работ он самоустранялся, чтобы дать сделать дело другим, однако никогда не пускал художественный процесс на самотек, тонко регулируя происходящее инструкциями. В рамках акции КД человек был волен действовать как актор внутри заданного художником алгоритма, проявить свою самость через интерпретацию инструкции. Вот и сегодня Монастырский не изменяет себе: он, находясь в центре внимания на вернисаже своей новой выставки в XL, остается слегка невидимым. Неловкий парадокс «слегка невидимый» четко описывает позицию, в которой Монастырский находился на вернисаже: он был за камерой. Известна слепота обывателя по отношению к тому, кто руководит камерой: мы корректируем свои действия по отношению к камере, оператор же остается серым кардиналом. Скрупулезная документация Монастырского становится еще и мантией-невидимкой, продолжающей эстетическую парадигму художника. Выставка в XL называется «Светает под ситцем» и на первый взгляд воспринимается как привычная уже рефлексия акций КД. Все, впрочем, не так просто: Монастырский с самого начала акцентировал внимание на том, что понять акцию можно только изнутри, она открыта исключительно для участников. Благодаря переходу фотографий, артефактов и воспоминаний в регистр эдакого «побочного произведения» с формой документации можно играть. Вот Монастырский и играет: помимо обрамляющих галерею фотографий участников акций КД, на выставке представлены два одеяльца с цветочным орнаментом. Под них нужно заглядывать и прятаться. Ткани повторяют обложки двух книг из серии «Библиотека Московского концептуализма Германа Титова» — мы буквально путешествуем внутрь книги. Под одной из ситцевых обложек — видео документации новейшей акции КД, в ней Монастырский читает книгу под этим самым ситцем. Под другой — коллаж из фотографий и фонарик: чтение тайком под одеялом. Круглый след-свет фонарика повторяет художественный жест самого Монастырского: он высвечивал отдельные фрагменты фото на постпродакшне. В этой детали — методологическая рифма с акциями КД: художник указывает жест и дает зрителю-участнику сделать то же, но по-своему. Высвеченные Монастырским детали статичны, зрительские фонарики, пластически дублирующие жест художника, динамичны — создается резонанс между заявленным изначально образом-алгоритмом и его интерпретацией участниками. Одеяла практически полностью закрывают того, кто стоит под ними, так создается герметичная выставка-в-выставке. Можно отделиться от вернисажной суеты в одиночку, а можно разделить чувство таинства искусства с друзьями. Монастырский создает нечто сродни исповедальни в храме — в ее светском галерейном варианте. Еще это и путешествие в книгу, и детский шалаш из простынок, и наивная допубертатная эротика под одеялом. Описывая работу Монастырского с наследием КД, хочется вспомнить строчки поэтессы Елены Шварц: «Как зломудрый младенец, / Как сладострастный старик». Художник-аскет, сентиментальный мистик, выбравший методологию делегированных действий, — таков он, человек за камерой, Андрей Монастырский. Юлия Тихомирова для рубрики #критика 📍 Галерея XL, Андрей Монастырский, «Светает под ситцем», до 22 ноября