Post #159

у полины барсковой три книги про блокаду Ленинграда. «отделение связи» для меня важнейшая книга. я несколько раз читала на сцене «балладу о чёрством куске» (господи Боже — я вспомнила название!) на сцене в школе и последние два раза терпеть это все не могла. три книги у барсковой. я понимаю, что это значит, но не могу объяснить ясно и конкретно. если штуку со своей пустотой я объясняла красивым словом обсессия и — может быть — желанием, и могла привести примеры схожего, то в случае идеи блокады объяснение словом стопорится. я вроде как уже написала важную статью про это, должно было придти некоторое освобождение, но я все ещё возвращаюсь к курсантам, к вов вообще. различение: барскова трепетно и нежно относится к самим событиям, мне важна их репрезентация сегодня. грубо говоря барсковой не все равно. мне — плевать. я чувствую только желание препарации, или желание подправить софит, который тут же становится подсветкой микроскопа. она писала о горе в «отделении связи», а отделение у неё болезненное, с кровавыми лоскутками и, кажется, слюдой (слезами и слюнями). я хочу на отделиться от связи, а отделаться. рывком, но не сейчас. потом. или никогда, потому что важно не действие, а интенция, желание. пока момент разрыва и напряжения идёт, я могу ещё написать, а это неизбежно. раньше мне казалось, что когда я пишу, я избавляюсь, теперь кажется, что когда пишу, натягиваю жилы. это странно, но большую любовь я питаю не к истории вов, не к людям, перелившим это, а к странным ритуалам сегодняшнего дня. софиты у микроскопа — вот мой метод.