Post #266

В средневековом сознании бог есть все сущее, творец Абсолютного Бытия, которому в разной степени присуща материя. все, что есть (природа), присуще богу. но природа не терпит (боится) пустоты — так в «Сумме теологии». следовательно, единственным внешним по отношению к богу может быть пустота. дистанцию хранит пустота. трансцендентная пустота — это пустота средневековая. имманентная пустота — это пустота XX века, пустота сидит внутри Ацефала и вырывается наружу обезглавливанием, она не даёт его телу отяжелеть и распасться. пустота понятая исихастски (рассеянная внутри предметов, очень и очень грубо говоря, пантеистическая в традиции истории философии) — это пустототность. пустота трансцендентная и создающая разрыв — это собственно пустота. долго ж до меня доходило, как это связно сформулировать… соответственно характеристика Пустоты: хранит дистанцию; характеристика пустотности: обеспечивает неслиянность и нераздельность элементов внутри целого. и вот собственно мы подходим к тому, что я пишу уже два месяца, эскиз к системе современного искусства. конструктивизм и метафизический салон. конструктивизм дистантен в смысле дистанции между собственными элементами, они холодны и можно разобрать каждый хотя бы мысленно. собрать-разобрать, провести эксперимент. это концептуализм. ему противостоит (???) метафизический салон, где элементы внутри работы и внутри собственно салона связаны чем-то, что обеспечивает их нераздельность, но при этом не является отдельным и вычленимым элементом. это «романтический». романтический концептуализм содержит в себе оба начала, но живучим оказывается именно начало и конец — метафизический салон. см. Комар и Кабаков, Рубинштейн и Пригов, их позднее творчество. почему я это пишу? потому что у меня действительно есть перекос в сторону образности, надо привести все в систему, четкую и отлаженную, выглаженную, чтобы потом опровергать было не скучно. короткий тезисный текст позволяет все это свести к череде мыслей, практически без примеров, без описаний, без вступлений и завершений. эрзац текста, ценный эрзац. свою систему я ставлю в противовес таким оппозициям как: официальное/неофициальное, мейнстрим/андеграунд. в сущности, вся моя искусствоведческая работа — это игра в горячо-холодно. холодное или горячее искусство, попробуй обоснуй, на это «попробуй обоснуй» и уходит большое количество знаков, символов, страниц. меня отучали писать в научных работах «я». проблема в том, что «я» никогда не постулировала инаковость через «я», не постулировала субъективность опыта. он все равно растворяется в воздухе. в горячем или холодном воздухе, который чувствуешь, когда дышишь носом, переносицей чувствуешь холодно-горячо. какая там субъективность и инаковость автора по отношению к читателю? ну допустим я — это я, я лежу в кровати и пишу это, у меня болит правое плечо и бессонница. вот исходная позиция. изучая ее, я в какой-то момент дойду до вопроса о погоде в Венеции и скорости заплесневения картин в запасниках. так какая разница, в таком случае, насколько исходная позиция «я» отлична от исходной позиции «не-я», предполагаемого читателя моего магнум опус? только во времени, дистанция времени — тоже хороший вопрос. со временем у меня всегда были проблемы, к пространству претензий не имею!