Post #345

если бы я была художницей, я бы написала серию картин, представляющую в руинированном виде музеи современного искусства, но только те, которые до того как стать музеями совриска были руинами индустриальных построек. заводов, складов, электростанций и тд. руинированный Тейт Модерн, Зотов-центр, комплекс Винзавода, может даже Гараж, хотя это кафе — перечислять можно и дальше. формат я бы выбрала максимально большой. станковые картины, но огромные. это было бы логическим продолжением работы «Воображаемый вид Большой галереи Лувра в руинах» Юбера Робера. может, там были бы персонажи, но непременно остались бы фрагменты, по которым можно опознать, что это именно музей современного искусства. иногда гуляя по музею, я представляю, как та или иная картина разрушается: падает с креплений на стене, ветшает, плесневеет, когтями по ней проводит собака. меня не радовали и не огорчали эти мысли, это была остаётся константа, устойчивый паттерн. это непроизвольные мысли, которые были со мной всегда, с детства что ли. как и вопрос: где заканчивается произведение, а начинается защитное стекло? что есть стекло по отношению к произведению в целом? картина ведь не тождественна произведению как таковому, всегда есть прибавочный элемент. хочется дойти до сути, а поэтому надо вычитать. производить вычитания приятнее, чем любые другие вычислительные операции. даже деление не производит на меня такого эффекта. «Ветка» Монастырского как рефлексия на тему руин. может дело в вытесненной суеверности: современное искусство изгнало руины и я подсознательно жду реванша. символично, что когда я попала под салют на Москве-реке в честь «референдумов», я как раз проходила мимо Новой Третьяковки и подумала, что это бомбежка. мое воображение все очень хорошо состыковало: вот я уже почти поверила в воплощение своих обсессивных фантазий о разрушенном музее. все вдруг сложилось. все произошло быстро и я не успела ни подумать, ни пожалеть, ни восторжествовать а ля главная героиня «Меланхолии». не было никакого апофеоза. до меня слишком долго доходит. грохот, залп, вспышки, Новая Третьяковка в дыму, фонари светят сквозь него. салют.