Post #457

#смотритесами Юлия Тихомирова о выставке «Закат в сто сорок солнц» в Доме культуры «ГЭС-2». Часть 1: В ГЭС-2 проходит одновременно две выставки, связанные, прямо или косвенно, с темой космоса. И если «Звездная месть» Петука и Алешина, о которой я писала ранее, подходит к проблеме современного искусства и разрабатывает тему «музей как медиум», то «Закат в сто сорок солнц» (кураторы: Андрей Василенко и Артем Тимонов) можно сравнить с объявленным недавно курсом на «коммунитаризм, консерватизм, русский космизм и солидарность». Ни в коем случае не имею в виду некую идеологическую заряженность выставки: она, напротив, подчеркнуто внепозиционна по отношению как к экспонируемому материалу, так и к контексту, в котором он находится. Я имею в виду некритическое понимание предмета, о котором идет речь. Что авторы «курса», что кураторы выставки подтягивают под номинализм, будь то «космизм» или «космос», множество разных предметов и смыслов, которые, очевидно, различны между собой. Космос соцреалиста Рубена Гевондяна не тождественен космосу Василия Чекрыгина — используя одно и то же слово, они явно имели в виду совершенно разные категории. И это лишь первое в череде замеченных упущений. Но пойдем по порядку. Вся драматургия выставки, посвященной «генеалогии космических мечтаний и отчаяний», проходит на страницах буклета, где авторы многословно вводят читателя в курс дела: есть четыре раздела, «Наш век», куда кураторы помещают в основном работы художников-соцреалистов, «Эскизы будущего», где представлены проекции грядущего авторов-авангардистов и нонконформистов в диапазоне от Гончаровой до Вечтомова, третий раздел вообще оставили без названия, он посвящен современным художникам, а в четвертом, названном «На краю утопии», вновь появляется неофициальное искусство СССР в лице Нолева-Соболева, Инфанте-Арана и Кабаковых. Текст буклета, стоит отметить, написан с расстановкой, основательно, включает исторический контекст, план экспозиции, дотошное объяснение параллелей. Вот только объяснять ту или иную параллель на выставке — это как после неловкого молчания объяснять анекдот или каламбур — текст выставки должен быть лишь дополнением, эпиграфом, прологом или поэтическим комментарием, но не вещью, которая собирает экспозицию. Без путеводителя она разваливается, да, впрочем, некоторые параллели даже буклет не делает убедительными. Скажем, почему Чекрыгина, Чашника, Леонидова, Крутикова, Вечтомова, Гончарову и Юона столь легко ставят в один раздел, не проводя никакой дифференциации между ними? Вот они поставлены в ряд, все объединены общим знаменателем «Эскизы будущего», но их внутреннее различие никак не оговорено и создается впечатление, что «космизм» Василия Чекрыгина и «архитектура космодромов» Ивана Леонидова по сути об одном и том же. Как и Гончарова с Юоном. Здесь и вскрывается связь с «курсом на коммунитаризм и космизм» — под означающее можно подставить любое означаемое, и оно будет ему впору, так терминология выхолащивается в пустой знак.