Post #306

​​Давайте про разумное, доброе и местами вечное. Наше любимое русское: почему мы такие, а не такие. У нас слишком многое творится под внешним влиянием. Именно когда нас пнут извне, у нас происходит стратегический переход от «рак на горе свистнет» и прочим осадкам по четвергам к - «гром не грянет – мужик не перекрестится». Ну вот грянул, и пришлось делать СВО, турбины, локомотивы, карту «Мир», БРИКС, «Силу Сибири» и прочий Уралвагонхамон. А без санкций и грани ядерной войны? Да ну… И так хорошо. В самом деле все было неплохо. Поэтому всякая оппозня тщетно пыталась вытащить народ в болото протеста. Поэтому мы вяло реагировали, когда вокруг сгущали тучи и воспитывали русофобские элиты. «Ну чего нам делить? Мы же разошлись по-хорошему? Ну ваш Крым, ок. Сидите с ним, а мы к вам покупаться приедем». Таки нет. Мы вышли из холодной войны, чтобы от нас отстали, а они-то уверены, что победили в ней, но не добили. Им нужно, что мы признали поражение, а не лениво отмахивались, досадно морщась на расширение НАТО и удушение русских школ. Мы хотели теплой берлоги, зоны комфорта, если на нынешнем птичьем новоязе, а их это категорически не устраивало. Особенно соседей. «Что, вот так просто нас отпустили? Даже не пытаетесь силой и подкупом вернуть?» А нам действительно было все равно, какой там у вас язык, кого вы там выбираете, с кем заключаете договоры, даже как вы там русских притесняете. Одна лишь мелочь, и то формальная: не ходите дети, в НАТО погулять. «Аааа! Значит так и сделаем!». Вся эта болтовня про независимость, свободу, права человека, самостийность, уникальность в итоге сводится к одному: мы идем к тем, кого вы не любите. Так мы ощущаем себя значительнее, так вы нас начинаете бояться и уважать. И вообще перестаете быть обидно равнодушными. Пусть вы злитесь, угрожаете, даже СВОшничаете, любое внимание, лишь бы не задворки мировой политики. У нас действительно не было внутренних стимулов для рывков, желания менять парадигмы и бежать как Данко по главе человечества с пылающим сердцем. У Петра был стимул, у большевиков был, в том числе и в 60-е, когда мы колониализм крушили, а после 91-го мы просто хотели отдохнуть от всего великого. Как Столыпин просил «20 лет покоя внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России». Внутренний был, но внешнего нам не дали и не дадут. У нас все было приемлемо, и система, и уровень жизни, но вот беда – мы перессорились с Западом. Кстати, вам не кажется, что это непременное условие? Запад нас любит, когда нам плохо. Когда мы слабые и голодные. Но как только нам хорошо, то нас начинают украинить по полной. Потому что никто не имеет права чувствовать себя хорошо сам по себе, а не с позволения хозяина мира. Это что ж будет, если каждый будет жить хорошо сам, без ощущения благодеяния со стороны Запада? Ведь цель каждого народа – либо войти в ЕСНАТО, либо мечтать о гумпомощи и кредите МВФ, а не о саморазвитии. Мы, с одной стороны, нация независимости и свободы. Мы можем терпеть вредные и даже саморазрушительные элиты, как в 80-е – 90-е. Но будем даже самой дорогой ценой ссориться с теми, кто из нас попытается сделать послушную Молдавию. И при этом мы же чрезмерно зависимы от импульсов извне, реагируя больше на них, а не на внутреннее целеполагание. Нам проще понять, глядя на других, чего мы НЕ хотим – ЛГБТ, чайлдфри и прочего постмодернизма. Только тогда мы нехотя начинаем вписывать в Конституцию, что семья и традиция – это и правда хорошо. Но единственный способ для РФ выжить, а заодно и стать привлекательной для пост-постмодернистского мира, переболевшего неолиберальным идиотизмом, - сохраниться в качестве островка благоразумия. В рамках концепции «Новой Нормальности», о чем уже писал как-то. Где не будет места ни третированию, ни пропаганде геев. Ни загрязнению среды, ни тунберг-психозов. Ни нарушению прав человека, ни разрушению государства. Для этого надо не столько бороться с этим у других, сколько воплощать у себя. Опять мы приходим к главному: все в наших руках. Делаем, не спрашивая, что там скажет княгиня Марья Алексевна.