Post #227

Как экологические проблемы заставляют браться за оружие Кажется, в 2022 году все понимают, что экология — это важно. Но чаще всего мы обсуждаем эту проблему в терминах неопределенного будущего. Мол, если не начать заниматься глобальным потеплением прямо сейчас, то через несколько десятилетий прибрежные города будут затоплены, а наши дети потеряют доступ к чистому воздуху. Это лукавая позиция. Во-первых, такие представления снижают стимулы заниматься урегулированием кризиса здесь и сейчас. Мол, пускай потомки разбираются. Во-вторых, десятки тысяч людей гибнут из-за глобального потепления уже сегодня. Нигерия — самая населенная страна Африки (около 210 млн человек), а также один из крупнейших экспортеров нефти в мире. С 1999 года в стране функционируют демократические, но при этом слабые институты. Северо-восточная часть страны расположена в бассейне озера Чад — одного из крупнейших пресноводных озер Африки. За последние 60 лет его площадь уменьшилась на 90%, из-за чего в регионе драматически снизился доступ к воде, необходимой для ведения сельского хозяйства. При этом экспоненциальный рост населения сохранился. Согласно одной из гипотез, именно это стало ключевой причиной подъёма радикальных исламистских настроений в регионе. С конца нулевых в Нигерии действует террористическая группировка «Боко Харам» (запрещена в России), прославившаяся похищением сотен девочек из христианских семей. Местные земледельцы утратили возможность хоть как-то зарабатывать на жизнь, поэтому легко поддавались на призывы радикальных проповедников и вступали в террористическую организацию в надежде заработать грабежами или просто получить новый смысл жизни. Конечно, с этим можно поспорить: ведь к исламистским движением могут присоединяться и вполне состоятельные люди. К 2019 году силам международной коалиции удалось вытеснить боевиков в отдаленные сельские районы. Сейчас они способны только на точечные теракты, а не масштабные наступления. Примерно в то же время в Нигерии разгорелся еще один конфликт, к 2019-му году унесший больше 10 000 жизней. Фермеры и скотоводы, десятилетиями относительно мирно проживавшие бок о бок, начали вступать в мелкие стычки, а также взаимно разорять земельные участки и пастбища. Больше всего противостояние было заметно в «срединном поясе» Нигерии, где находятся самые плодородные почвы, пригодные как для земледелия, так и для выпаса скота. Во время засушливого сезона кочевники с севера веками перегоняли сюда свои стада, чтобы сохранить доступ к корму. Когда-то земли было достаточно для всех: но из-за постепенного опустынивания фермерам пришлось захватывать традиционные территории пастбищ, а скотоводам загонять стада на возделываемую почву. В результате: поджоги, перестрелки и рост межэтнической напряженности. Скотоводством в Нигерии занимаются в основном мусульмане-фулани, земледелием — десятки небольших групп, часто — исповедующих христианство. Правительство попыталось урегулировать конфликт, запустив национальную программу по формированию оседлого скотоводства. Но ее эффективность пока вызывает вопросы. Здесь логическую цепочку «экологическая проблема — вооруженный конфликт» уже почти невозможно поставить под сомнение. Некоторые скотоводы и вовсе решили сменить овечек и козочек на что-то более прибыльное, например, бандитизм. Со временем эта проблема стала для Нигерии структурной. В 2021 году бандитские группировки убили более 2600 мирных жителей. Больше, чем «Боко Харам» (запрещена в России) за тот же промежуток времени. И это не просто мелкие грабежи на трассах. Именно организованные банды обвиняют в январской «Замфарской резне», в ходе которой было единовременно убито более 200 человек; в апреле бандиты атаковали поезд, шедший из Абуджи в провинцию Кадуна. Результатом стало исчезновение 168 пассажиров. Настоящий «Дикий Запад». Эти события вынудили нигерийское правительство официально признать бандитские группировки террористами. Так что экология — это не только забавная Грета Тунберг или абстрактные рассуждения о будущем. Это тысячи смертей невинных людей уже здесь и сейчас.