Post #82

#Политика Верят ли пропагандисты и чиновники в собственные слова? И в российской системе власти, и в российских государственных медиа полно людей с самыми настоящими учеными степенями и отлично работающей головой. Более того, многие госпропагандисты в девяностые годы высказывали диаметрально противоположные идеи (Киселев). Любили коллективный Запад и либерально-демократическую идею. Что же произошло? Почему теперь они перешли к радиоактивно-пепельной риторике, россказням про распятого мальчика и ведра с говном с студии? (про ведра - в прямом смысле, погуглите, дело на России 1 было, по-моему) Бытует мнение, что в государственной системе пропаганды работают очень плохие и очень алчные люди. Они понимают весь абсурд сложившейся ситуации и просто продолжают нагло лгать россиянам, чтобы получать деньжата. С этим нельзя согласиться полностью. Возможно, когда-то давно пропагандист действительно осознавал, что говорит сомнительные вещи и шел на сделку с совестью ради щедрого прайса. Но практика показывает, что с годами система пропаганды высасывает из своих же творцов чувство реальности. Неоднократно слышал истории об интеллектуалах, которые с ироничной усмешкой устраиваются на работу в государственные структуры, и уже спустя год даже в неформальной обстановке брызжут слюной, рассказывая про козни Госдепа и великую миссию России. Задумайтесь, пропаганда не просто окружает пропагандиста каждый день. Ты и есть пропаганда. Киселев ежедневно читает СМИ, усиливающие его точку зрения; готовится к эфиру по материалам, поданным под определенным соусом. Сохранить трезвую голову может быть очень сложно. Я предполагаю, что чиновники, пропагандисты и, к примеру, авторы нашумевшей экспертизы по творчеству Егоры Крида действительно верят в свои слова. Ведь в тридцатые годы жители Германии незаметно для себя из вполне себе сторонников незыблемости гражданских прав и демократии превратились в поклонников идеи превосходства арийской расы. Помните, у Толстого есть эпизод, где Николай Ростов размышляет, как будет рассказывать о сражении? Он думает, что если расскажет все, как на самом деле было, а не как это обычно рассказывают, то ему никто не поверит. Тут же придумывает более «героическую» версию, и уже спустя минуту ему кажется, что так на самом деле и было.