ПОБЕДА

31 августа 1945 годазаместитель Берии генерал-полковник Виктор Абакумов написал Сталину о генерал-лейтенанте Михаиле Лукине, в отношении которого имелись материалы об антисоветской деятельности. Сталин положил на докладе Абакумова резолюцию о восстановлении Лукина в воинском звании и предложил ему стать преподавателем на командных курсах (от чего Лукин отказался)

Из сводки Советского Информбюро за 31 августа 1942 года Великой Отечественной войны В районе северо-западнее Сталинграда Н-ская танковая часть в многочасовом бою с противником уничтожила 12 немецких танков, 14 орудий, 8 пулемётных точек и истребила более 400 гитлеровцев. На другом участке немцы силами танков и пехоты пытались атаковать наши позиции. Атака противника была отбита артиллеристами и бронебойщиками. Из 30 принимавших участие в наступлении танков противника было уничтожено 16 немецких танков. Северо-восточнее Котельникова одно наше подразделение совершило ночной налёт на расположение противника. Наши бойцы уничтожили до 200 гитлеровцев и захватили 2 орудия, 5 пулемётов, 46 винтовок и автоматов. Южнее Краснодара наша кавалерийская часть напала в тылу противника на подходившую к фронту колонну немецкой пехоты. Казаки в короткой схватке порубили до 300 гитлеровцев и сожгли 20 грузовых автомашин с боеприпасами и военным имуществом.

Мы никогда, если честно, не видели такого выступления Владимира Мулявина. Но послушали и были в восторге! Мулявину на музыкальном поприще удавалось всё! Мулявин - есть Мулявин.

Жители деревни Кочетовка на пепелище родного дома после боев на Курской дуге. Место съемки: Кочетовка, Курская область, СССР Время съемки: июль 1943 Автор: Николай Фиников

В своей книге «Берия. Судьба всесильного наркома» Борис Соколов процитировал заместителя И. В. Курчатова профессора И. В. Головина, который отмечал, что «Берия был прекрасным организатором – энергичным и въедливым. Если он брал на ночь бумаги, то к утру документы возвращались с резонными замечаниями и дельными предложениями. Он хорошо разбирался в людях, всё проверял лично, и скрыть от него промахи было невозможно...». Далее Борис Соколов приводит впечатления начальника отдела «С» НКВД (НКГБ) СССР, исполнявшего одновременно обязанности начальника отдела «К» НКГБ СССР (контрразведывательное обеспечение советского атомного проекта) П. А. Судоплатова, неоднократно принимавшего участие в заседании СК: «Заседания Спецкомитета обычно проходили в кабинете Берии. Это были жаркие дискуссии. Меня удивляли взаимные претензии членов правительства. Берия вмешивался в эти споры, призывал к порядку. И я впервые увидел, что все в этом особом правительственном органе считали себя равными по служебному положению независимо от того, кто из них был членом ЦК или Политбюро… Берия, грубый в общении с подчинёнными, мог быть внимательным, учтивым, оказывать каждодневную поддержку людям, занятым важной работой, защищал этих людей от всевозможных интриг органов НКВД или же партийных инстанций. Он всегда предупреждал руководителей предприятий об их личной ответственности за неукоснительное выполнение задания, у него была уникальная способность внушать людям как чувство страха, так и воодушевлять на работу… Мне кажется, что он взял эти качества у Сталина – жёсткий контроль, исключительно высокая требовательность и вместе с тем умение создать атмосферу уверенности у руководителя, что в случае успешного выполнения поставленной задачи поддержка ему обеспечена». Современники и коллеги, которые участвовали вместе с Л. П. Берией в этой работе, отмечали его высокую физическую работоспособность, энергичность, целеустремленность и ответственность в процессе руководства работами по урановой проблеме. Он не ограничивался только кабинетной работой, часто выезжал в командировки непосредственно на предприятия. Он вникал не только в организационные и хозяйственные проблемы, но и хорошо разбирался в технических вопросах, требующих специальных знаний.

Из воспоминаний Сергея Матвеевича Штеменко, в годы войны прошедшего путь от заместителя начальника направления Оперативного управления Генштаба до начальника оперативного управления Генштаба. «Служба в Генеральном штабе никогда не была легкой, тем более в военное время. Главное место в ней занимали, естественно, сбор и оценка разведывательных данных и текущей обстановки на фронтах, разработка вытекающих отсюда практических предложений и распоряжений, замыслов и планов предстоящих операций, планирование, обеспечение фронтов вооружением, боеприпасами и другими материальными средствами, создание резервов. Все это было очень сложно и не всегда осуществлялось так, как хотелось бы. И. В. Сталин установил порядок круглосуточной работы Генштаба и лично регламентировал время его руководящего состава. Например, заместителю начальника Генштаба, на пост которого в декабре 1942 года прибыл А. И. Антонов, полагалось находиться при исполнении своих обязанностей по 17—18 часов в сутки. На отдых ему отводилось время с 5—6 часов утра до 12 дня. А мне, занимавшему с мая 1943 года должность начальника Оперативного управления, отдыхать разрешалось с 14 до 18— 19 часов. Точно так же были расписаны часы работы и отдыха для всех других руководящих работников. Доклады Верховному Главнокомандующему делались, как правило, три раза в сутки. Первый из них имел место в 10—11 часов дня, обычно по телефону. Это выпадало на мою долю. Вечером, в 16—17 часов, докладывал заместитель начальника Генштаба. А ночью мы ехали в Ставку с итоговым докладом за сутки. Перед тем подготавливалась обстановка на картах масштаба 1:200 000 отдельно по каждому фронту с показом положения наших войск до дивизий, а в иных случаях и до полка. Даже досконально зная, где что произошло в течение суток, мы все равно перед каждой поездкой 2—3 часа тщательно разбирались в обстановке, связывались с командующими фронтами и начальниками их штабов, уточняли с ними отдельные детали проходивших или только еще планировавшихся операций, советовались и проверяли через них правильность своих предположений, рассматривали просьбы и заявки фронтов, а в последний час редактировали подготовленные на подпись проекты директив и распоряжений Ставки.»

Сегодня ровно семь лет как с нами нет народного артиста СССР, певца Иосифа Кобзона. Полпред советской песни - так называли его за рубежом. На юбилейном концерте к своему 75-летию артист без перерыва пел 10 часов подряд, до утра. И как пел! Иосифа Давыдовича без преувеличения знала и любила вся страна, в том числе и за активную гражданскую позицию настоящего патриота.

Из сводки Советского Информбюро за 30 августа 1941 года Великой Отечественной войны Командир Энской подводной лодки Черноморского флота, находясь около румынских берегов, заметил в перископ рубку вражеского подводного корабля. Вскоре фашистская лодка целиком всплыла на поверхность. Экипаж, чувствуя себя в полной безопасности, занялся продуванием цистерн. На советском подводном корабле прозвучал сигнал тревоги. Наши подводники немедленно заняли свои места у боевых механизмов и стремительно пошли в атаку. Командир приказал выпустить торпеду. Торпедисты старшина Чуркин и старший краснофлотец Крамик первой же торпедой попали в цель. Раздался оглушительный взрыв, и фашистская подводная лодка пошла ко дну. Отважные советские подводники выполнили в румынских водах ещё ряд боевых заданий и привели свой корабль невредимым на базу. Наша воздушная разведка обнаружила немецкий аэродром в 35 километрах восточнее села Д. Для разгрома врага вылетела авиагруппа майора Засекина. Первое звено советских бомбардировщиков появилось над аэродромом в тот момент, когда на поле шла заправка машин и опробование моторов. Заметив наши самолёты, фашисты ввели в действие все свои огневые средства. В это время из-за леса нагрянули на бреющем полёте советские штурмовики. Увлечённые обстрелом бомбардировщиков, фашисты прозевали появление наших штурмовиков. Командир головной машины старший лейтенант Изюмов короткой очередью сбил один немецкий истребитель, пытавшийся подняться в воздух. Два других истребителя были уничтожены политруком Селивановым и сержантом Мамоновым. Волна за волной шли советские штурмовые машины. Через несколько минут все зенитные установки прекратили стрельбу. На большом поле ярко пылали фашистские «Мессершмитты». Не ушли и два патрулировавшие над аэродромом самолёта противника. С ними быстро расправились стрелки-радисты т.т. Синючков и Лебедев. Разгром фашистского аэродрома довершили бомбардировщики.

Тучи в голубом….

29 августа 1944 года, командуя двумя батальонами, в бою погиб майор Василий Григорьевич Жеребцов. Был представлен к ордену Отечественной войны. Но командарм Черняховский указал в представлении: «Достоин присвоения звания Героя Советского Союза». И командующий фронтом Рокоссовский это мнение поддержал. Василий Григорьевич Жеребцов, гвардии майор, заместитель командира 987-го стрелкового полка 226-й стрелковой Глуховской дивизии, родился в 1915 году в селе Журавка Еланского района Волгоградской области. Жил в селе Сакмара Сакмарского района Оренбургской области, откуда в 1934 году был призван в Красную Армию, служил в 35-м отдельном кавалерийском дивизионе войск НКВД в Саратове, на Дальнем Востоке в 72-м железнодо­рожном полку НКВД. Летом 1938 года участвовал в боевых операциях против японских захватчиков в районе озера Хасан в составе 59-го Краснознаменного Хасанского погранотряда. В 1941 году окончил курсы усовершенствования командного состава. С начала Великой Отечественной войны до дня гибели-29 авгу­ста 1943 года-воевал на Западном, Сталинградском, Центральном, Воронежском, Донском фронтах, уча­ствовал в оборонительных боях под Киевом, Шосткой, Обоянью, в Сталинградской битве. Награжден орденом Красной Звезды, медалями «За отвагу», «За оборону Сталинграда». Он пользовался авторитетом и любовью среди бойцов. Неудовлетворенность достигнутым, постоян­ное совершенствование своих знаний - характерная черта политработника В.Г. Жеребцова. Из служебной характеристики, датированной 8 мая 1943 года: «За время пребывания на курсах усовершенство­вания по подготовке командиров стрелковых полков программу обучения окончил с оценкой «отлично». Может быть назначен на должность командира стрелкового полка. Достоин присвоения очередного воинского звания-подполковник. Начальник курсов полковник Хохлов». После окончания курсов его направляют на штаб­ную работу. Но он пишет рапорт: «Мне 28 лет. Я счи­таю преступлением перед партией и перед Родиной в трудные боевые дни для страны, имея боевой опыт, приобретенный за два года, непосредственно участвуй в боях, сидеть в штабе, далеко в тылу, занимать место, которое может быть по плечу ограниченно годному человеку. Прошу отправить меня в действующую часть. Только там, непосредственно на поле боя: принесу больше пользы. Гвардии майор Жеребцов». Просьба была удовлетворена, его назначают заместителем командира стрелкового полка. Теперь майор Жеребцов и командир, и политработник. В нем слились воедино лучшие качества того и другого. В критические минуты боя Василий Григорьевич бойцов в атаку. Так было и 28 августа 1943 года. Наши войска прорвали сильно укрепленную оборону противника в районе города Глухова. Батальоны, возглавляемые майором Жеребцовым, в ожесточенных боях освободили пункты Сопычь и Бачевск. В этих боях майор В.Г. Жеребцов погиб смертью храбрых.

29 августа 1949 года группа советских учёных под патронажем Лаврентия Берии провела первое испытание атомной бомбы РДС-1на Семипалатинском полигоне. Взрыв произошёл в 7:00 утра по московскому времени, мощность бомбы составила более 20 кт. За успешное испытание Берии была присуждена Сталинская премия первой степени и присвоено звание «Почётный гражданин СССР».