Post #110

Доксинг по-гарвардски: два года охоты на студентов 📰 Обзор статьи Макса Крупника в Harvard Magazine “Two Years of Doxxing at Harvard” 11 октября 2023 года возле Гарвард-Ярда курсировал грузовик с экранами, на которых мелькали лица студентов и надпись: “Harvard’s Leading Antisemites”. Так началась эпоха “доксинг-траков” — и, пожалуй, самая болезненная дискуссия о границах свободы слова в истории университета. 📍 Всё началось после 7 октября, когда 33 студенческие организации подписали заявление, обвиняющее Израиль в насилии против Палестины. Реакция оказалась молниеносной: инвестор Билл А́кман призвал опубликовать имена подписантов, чтобы “никто из нас случайно не нанял их на работу”. Через день по кампусу ездил грузовик с их фотографиями. 💣 Автор кампании — Адам Гийетт из правоконсервативной группы Accuracy in Media. Он собрал имена активистов из открытых источников, купил таргетированную рекламу на LinkedIn и Facebook, а затем запустил знаменитый “doxxing truck”. Машина курсировала вокруг Гарварда месяц, а позже вернулась на выпускную церемонию в 2025-м. История получила неожиданный поворот: вскоре сам Гийетт стал жертвой того, что проповедовал. Его личные данные и адрес были опубликованы в сети, а дом — неоднократно подвергался “своттингу” (ложным вызовам полиции). 13 раз к нему приезжали спецслужбы, семья временно жила в отелях, а Гийетту пришлось заблокировать кредит из-за попыток открыть счета на его имя. Тем не менее он заявил, что “не жалеет” и считает кампанию успешной: “Мы показали этим радикалам, что за их действия наступает ответственность.” 📚 Но сама идея публичного разоблачения уходит глубже — в историю американского ХХ века. В конце 1940-х трое бывших агентов ФБР, обеспокоенные “слишком мягким” отношением властей к коммунизму, начали издавать четырёхстраничный бюллетень Counterattack. Они публиковали имена предполагаемых “коммунистических агентов”, полагая, что предупреждают страну о грядущей угрозе революции. Через три года, в 1950-м, они выпустили брошюру Red Channels: The Report of Communist Influence in Radio and Television, где перечислили 151 предполагаемого коммуниста — от актёров до сценаристов. Эффект был мгновенным: телепрограммы снимали с эфира, рекламодатели разрывали контракты, а “черные списки” стали инструментом страха и самоцензуры. Так началась вторая “красная паника”, в результате которой за 15 лет работу потеряли более 10 тысяч американцев. 👉 Эти кампании имели общую логику: они исходили не из презумпции невиновности, а из презумпции вины — и быстро выходили из-под контроля. ⚖️ Сегодня этот механизм воспроизводится в цифровой форме. После публикации имён гарвардских студентов последствия не заставили себя ждать. Молодых активистов начали преследовать в соцсетях, личных сообщениях, по электронной и даже обычной почте. Некоторые потеряли работу — как, например, студент, которому юрфирма Davis Polk отозвала оффер вскоре после обнародования факта участия студента школы права в пропалестинских выступлениях. Другие изменили карьерные планы: выпускнику Гарвардской школы управления, гражданину другой страны, юристы рекомендовали не возвращаться в США, чтобы избежать возможного задержания. Теперь он живёт и работает за границей, а друзья постепенно вывозят оставленные в Бостоне вещи. Профессор истории Кирстен Уэлд называет доксинг “тактикой запугивания, рассчитанной на эффект самоцензуры”. Но даже она признаёт: в атмосфере страха и взаимного недоверия кампус уже не будет прежним. 🎭 Последствия оказались ощутимыми: — студенты теряли работу и стажировки; — на митингах начали носить маски, чтобы не попасть в кадр; — доверие внутри кампуса разрушилось — “все были на взводе и выбирали стороны”. Некоторые студенты, как активист Клайв Лоуренс, утверждают, что давление лишь укрепило их убеждения: “Если это худшее, что может случиться, значит, я готов идти дальше.” 🧩 Гарвард пережил не просто волну цифрового насилия, а моральный стресс-тест на тему: что сегодня значит свобода слова — право говорить или право не быть уничтоженным за сказанное? #proharvard#Harvard#Гарвард