Post #968

Советская дипломатия скрупулёзно относилась к соблюдению дипломатического протокола, сочетавшегося с традиционной сердечностью и хлебосольством по отношению к партнёру. Гостей, даже тех, которые могут быть оппонентами в международных делах, всегда принимали очень радушно, устраивая приёмы и обеды, с непременным посещением спектаклей Большого театра, одаривали подарками, с учётом пристрастий и наклонностей гостя. Умение соблюсти эти фундаментальные требования, как правило, проверяется в частных случаях, в моментах, предугадать или предусмотреть которые бывает невозможно. Например, дипломат Конаровский, работавший в странах Востока, рассказывал о таком дипломатическом казусе, свидетелем которого он был. Как-то в Испании принимали делегацию из какой-то мусульманской страны, гости отказались сесть за стол, поскольку там были выставлены вина. Шариат запрещает спиртное. А европейская культура немыслима без вин. Пришлось попросту отменять застолье. Советские дипломаты всегда учитывают эту особенность местной культуры, и ни в коем случае не пригласят мусульманина к столу со спиртным. То же относится и к свинине. Подать её на стол, если присутствуют гости, например, из Арабских Эмиратов – попросту оскорбление. Тот же Конаровский рассказывал, что однажды в одной из восточных стран во время дипломатического обеда на стол подали местный деликатес – голову коровы. Как есть эту диковину советская делегация попросту не знала. Но не выдав ничем своего замешательства, члены делегации стали наблюдать за другими. Оказывается, это кушанье нужно брать на тарелку и есть руками. Что ж, так и поступили, никак не обидев хозяев, и не показав, что не знакомы с местным обычаем. Но незнакомое блюдо – это полбеды. Иной раз случаются и более острые ситуации. Например, однажды в зал заседаний ООН пробрались представители некой левацкой группы и облили красной краской О. Трояновского, который был представителем СССР в этой организации. «Под раздачу» попал и американский коллега Трояновского. Американец растерялся и не смог скрыть гнева. А Трояновский невозмутимо произнёс: «Лучше быть красным, чем мёртвым!». Эта реплика вызвала смех и одобрение в зале, и за Трояновским закрепилась слава невозмутимого дипломата, которого непросто сбить с толку. Эта черта проявилась ещё не однажды. Как-то во время выступления американские оппоненты стали перебивать его, крича, что не слышно перевода на английский. «Это не страшно. – спокойно ответил Трояновский – Для вас я ничего интересного не сказал», имея ввиду, что американцы все равно никого, кроме себя, не слушают. Намёк был понят и оценён. Знаменитый «мистер Нет» Своё прозвище «мистер Нет» А. Громыко получил не случайно. Он славился редкой неуступчивостью во время переговоров о принципиальных для страны вопросах. Стиль ведения переговоров Громыко американская пресса окрестила «бормашиной» – отстаивая свою позицию, он методично «сверлил» аргументацию оппонента, проходя по кругу вопрос за вопросом. Это было изматывающе, как признавались американские дипломаты, и, подчас, болезненно. Генри Киссинджер, который долгие годы был главным оппонентом Громыко, отмечал, что советский дипломат был весьма порядочным и достойным уважения человеком: достигнутой договорённости он неуклонно придерживался, какие бы не возникали новые ситуации, и его слову можно было доверять всецело. При этом Громыко отличался немалым остроумием – в фирменной мидовской манере он умел шутить с самым невозмутимым видом. Как-то в Москве Киссинджер, намекая на то, что, по его мнению, все помещения посольства снабжены подсматривающими устройствами, сказал Громыко: «Господин министр, у нас сломался ксерокс. Если я поднесу документ к потолку, то вы сделаете мне копию?». Громыко тут же ответил: «К сожалению, нет. Все камеры поставлены ещё при царе, и поэтому люди хорошо видны, а вот документы – не очень». Во время кампании по выборам президента в 1972 году американские СМИ обнаружили, что Громыко похож на кандидата в президенты Никсона.