Содержимое
Всякий раз, когда где-то начинают спорить о государственной принадлежности Крыма, я задаюсь одним вопросом. Что бы сказали об этом исторические деятели Российской империи и СССР? Что сказали бы граф Пётр Петрович Ласси, этнический ирландец, генерал-фельдмаршал на русской военной службе, или Пётр Абрамович Текели, этнический серб, генерал-аншеф русской армии? Ласси – первый российский полководец, чьи войска в 1738 г. форсировали Сиваш и прошли по Крыму. Текели ликвидировал Запорожскую Сечь после успешной русско-турецкой войны 1768-1774 гг. Или что бы сказала Екатерина II, этническая немка, российская императрица, 8 апреля 1783 г. подписавшая манифест «О принятии полуострова Крымского, острова Тамана и всей Кубанской стороны под Российскую державу»? И уж совсем нелепо было бы спрашивать об этом командующего 4-м Украинским фронтом Фёдора Ивановича Толбухина или командующего Черноморским флотом Филиппа Сергеевича Октябрьского, полководцев Крымской наступательной операции Советской армии весной 1944 г. Вот что бы ответили они? Точно могу сказать, что сказали бы: «Крым – наш!». Для них этот вопрос был решен задолго до 2014 г. Оттого я воспринимаю Крымскую весну как абсолютную закономерность в цепи исторических событий.