Post #514

Юра Сапрыкин написал для коммерсанта про моего любимого режиссера - Кшиштофа Кесьлевского. Если у вас случаем завалялось часов 10 свободного времени, мое убеждение состоит в том, что вы не проведете их более благостно, чем за просмотром "Декалога". «В военном положении победителей не было, все проиграли, никто не выиграл»,— пишет Кесьлёвский в автобиографии. Как только бетонная плита приподнимается, первая реакция многих — не эйфория от «свежего ветра», не желание воспользоваться вновь открывшимися возможностями, а бесконечная усталость. Распадаются дружеские связи, у всех друг к другу счеты, кажется, что все в эти годы делали и говорили не то или не сделали того, что могли бы. Для человека на пятом десятке, каким был Кесьлёвский в 1980-е, недоверие к любой политике — естественное следствие жизненного опыта: не стоит очаровываться, чтобы потом не разочаровываться. Но не только. Пока плита была, можно было списывать на нее все несовершенства жизни. В ее отсутствие становится заметно: даже когда над тобой не висит угроза ареста, когда ты можешь свободно говорить о своих убеждениях, жизнь остается несовершенной и причины этого куда более глобальны — состояние современной цивилизации, национальный характер или вообще человеческая природа. «Во время военного положения я понял, что значение политики, в сущности, не так уж велико. Конечно, она устанавливает какие-то рамки и определяет, что мы имеем право делать в том месте, где мы живем, а что запрещено, но по-настоящему важных проблем политика не решает и не в состоянии ответить на подлинные, фундаментальные, определяющие вопросы человеческого существования. Неважно, живешь ты в коммунистической стране или в капиталистической с высоким уровнем достатка. На вопросы "В чем смысл жизни?", "Зачем ты существуешь?", "Зачем просыпаешься по утрам?" политика ответа не дает».