Post #6734

Посылки играли не меньшую роль, чем письма. Семьи и благотворительные организации отправляли солдатам домашнее печенье, шоколад, консервы, чай. Это было спасением от однообразной и часто безвкусной армейской еды. Очень высоко ценились теплые вещи — вязаные носки, шарфы, перчатки. В сырых и холодных окопах это было вопросом выживания. Хорошие сухие носки спасали от "окопной стопы" — страшной болезни, приводящей к гангрене. И разумеется, табак и сигареты. Огромная проблема была с цензурой. Солдатам выдавали специальные стандартные конверты и бумагу. Они писали письма, которые собирал их офицер. Каждое письмо проходило обязательную цензуру на уровне роты или батальона. Офицер вымарывал черными чернилами любую информацию, которая могла быть полезна врагу: номера частей, географические названия, упоминания о готовящемся наступлении, жалобы на нехватку боеприпасов или плохое командование. Но позже солдаты могли выбрать вариант так называемого "Письма чести": его читали только в Лондоне. Таким образом, очень личные письма миновали цензоров, которых знали сами бойцы. Существовала специальная форма — "зеленый конверт". На нем были напечатаны стандартные фразы ("Я здоров", "Я ранен и нахожусь в госпитале", "Я получил твое письмо"), и солдату нужно было просто вычеркнуть ненужное. Это был быстрый способ сообщить домой, что ты жив, который не требовал долгой проверки цензором. Почта связывала страну воедино. Семьи чувствовали свою причастность к войне, а солдаты — что о них не забыли. Система, способная отследить перемещение миллионов людей и доставить им физический объект в условиях хаоса войны, была беспрецедентным достижением. Она заложила основы современной военной логистики. В среднем, письмо из Англии доходило до солдата на передовой во Франции за 2-4 дня, что даже по сегодняшним меркам является фантастической скоростью для такой сложной системы.