Post #7150

Старая история. Сотни лет к людям с психическими отклонениями относились как к преступникам. Их держали за решеткой и переодически избивали. Иногда на них приходили посмотреть, как на животных в зоопарке. В начале ХХ века психиатрические больницы Италии находились в ведении Министерства внутренних дел, подчинялись полиции и по сути имели юридический, а не медицинский статус и были предназначена прежде всего для поддержания общественной безопасности, ограждения общества от неугодных и опасных элементов. Согласно закону, госпитализация обязательно требовала судебного расследования и судебного сопровождения лечения, подобного тому, что предписывалось при лечении преступников, и влекла за собой утрату гражданских свобод — недееспособность пациента. Структура лечения и содержания пациентов в психиатрических больницах напоминала тюремную. Директор психиатрической больницы лично нёс уголовную ответственность за своих пациентов — в частности, отвечал перед законом за их возможные социально опасные действия после выписки. По этой причине пациентов выписывали нехотя, и психиатрические больницы превращались по сути в тюрьмы с длительными или пожизненными сроками. Больных связывали, их закалывали лекарствами, к ним применяли электрошок. Всю эту систему реформировал Франко Базалья, которого считают самым влиятельным итальянским психиатром XX века и основоположником современной концепции оказания психиатрической помощи. Он был антифашистом и после предательства одного из товарищей был арестован и шесть месяцев до конца войны провёл в тюрьме. Этот опыт заключения полностью изменил его и стал одной из причин, побудивших Базалью к борьбе за права заключённых «медицинских тюрем». Вся психиатрия в то время «говорила по-немецки». Базалья начал борьбу за права больных по-итальянски. Став директором психиатрической клиники он начал гуманизировать психиатрию под лозунгом «От пессимизма теории — к оптимизму практики» Базалья писал, что запертый в четырёх стенах человек деградирует, его безумие видоизменяется, слабеет, совершенно лишается энергии, воля пациента атрофируется, в результате чего лечение становится бессмысленным, так как психиатры борются с проблемой, которую сами же создают. На мысль о возможности закрытия лечебниц его навёл случай, произошедший во время войны в небольшом итальянском городе Анкона. В местную психиатрическую лечебницу попала бомба. Те из пациентов, кто не пострадал, разбежались, и в хаосе военного времени никому до них не было дела. Лишь позднее местные власти задались вопросом, что сталось с душевнобольными, и принялись их разыскивать. Многих бывших пациентов удалось найти. Выяснилось, что они жили неподалёку от бывшей лечебницы, работая, как и все остальные