Post #7346

У Корбюзье то общее с Люфтваффе, что оба потрудились от души над переменой облика Европы. Что позабудут в ярости циклопы, то трезво завершат карандаши. /И.Б./ В 1922 году архитектор Ле Корбюзье предложил реконструировать центр Парижа. «План Вуазен» предполагал снос значительной часть исторического центра Парижа на правом берегу Сены — от Лувра до площади Республики — с заменой его 18 одинаковыми небоскребами высотой 200 метров каждый. Эти башни должны были разместиться в строгом геометрическом порядке. Должен был получиться этакий французский проспект Калинина, который москвичи называют «вставной челюстью столицы». Только выше и больше. Была предусмотрена многоуровневая система движения с разделением пешеходных и автомобильных потоков. Автомагистрали должны были проходить под зданиями, а пешеходные зоны — на уровне второго этажа. План предполагал размещение 3 миллионов человек на территории, где тогда жили 600 тысяч. Ле Корбюзье считал, что средневековые кварталы Парижа — это хаос, грязь, антисанитария и пробки, и что город будущего должен быть чистым, функциональным, рациональным. «Дом — это машина для жилья», а город — это «машина для жизни». «Автомобиль убил большой город — автомобиль должен спасти его». Архитектор писал, что старый город мешает прогрессу и должен быть заменен рационально спланированными структурами. План был назван по имени производителя автомобилей Габриеля Вуазена, поддержавшего эту затею. А почему бы дескать и нет? Барону Осману можно же было «вспороть брюхо старому Парижу», чтобы освободить место для современного нового мира. Его ведь тоже сначала встречали со скептицизмом, но потом все привыкли к «Османизации Парижа». Напомню, что Жорж Эжен Осман тогда прорубал широкие бульвары и авеню, снося множество жилых домов. В результате перестройки Парижа тогда исчезло 57 улиц и переулков, было снесено 2227 домов и более 25 000 жителей, преимущественно бедняков, были вынуждены переселиться на окраины. Парижская публика восприняла план как акт вандализма — фактически предлагалось снести исторический центр города. А после отказа властей Парижа от плана Вуазен Ле Корбюзье не сдался и продолжил продвигать свою идею «нового города». В 1930-х его пригласили в СССР для разработки плана реконструкции Москвы. Но проект Ле Корбюзье оказался слишком дорогим для того времени. Калинский прорубили только в 60-х.