Post #7946

Но даже пройдя все береговые «станции» судно продолжало путь по «конвейеру». После того, как его спускали на воду, оно оказывалось в длинном канале, по обоим берегам которого располагались огромные открытые окна складов различных гильдий, занимавшихся оснащением судов всем необходимым. Пройдя канал, судно могло отправляться в дальнее плавание, так как на его борту были все нужные припасы, включая вяленое мясо и вино. Раньше все верфи были открытыми, в Арсенале сделали их крытыми и погода перестала иметь значение. Одно это увеличило скорость постройки в полтора-два раза. Венецианцы ввели и вертикальную интеграцию — на территории Арсенала были размещены кузницы, мастерские по производству металлической фурнитуры, якорей и цепей, пиломатериалов, корабельных мачт и другого рангоута, весел, канатов, парусины и парусов, которые из нее делали, стрелкового оружия, а впоследствии и артиллерийских орудий, боеприпасов, пороха и всего остального, что было необходимо для постройки, оснащения и обслуживания судов. Кстати, во всех своих колониях венецианцы высаживали корабельный лес — уже в двенадцатом веке в собственность Арсенала перешли обширные плантации дуба, кедра, пихты, вяза, ореха и бука, находившиеся в нескольких венецианских провинциях на Адриатическом побережье. С обязательным контролем качества. Затем наладили снабжение коноплей, нужной для для изготовления парусины и шпагата, которым заделывали швы корабельной обшивки. Поэтому на протяжении нескольких веков верфи не сталкивались с дефицитом материалов. Добавлю, что легенда о том, что Венеция, якобы, стоит на сваях из сибирской лиственницы, не выдерживает никакой критики — все было «своим». Примерно до конца семнадцатого века почти по всей Европе пушки изготавливались мастерами «на глаз», и каждое орудие было по существу уникальным произведением искусства с неповторимым калибром. В литейных мастерских Арсенала уже в шестнадцатом веке и орудия, и ядра для них производили четко определенных калибров. Порох в Средние века изготавливали из смеси древесного угля, серы и селитры. Уголь был в наличии. Источники селитры были обнаружены на Крите, который венецианцы захватили в 1204 году. Серу частично добывали в окрестностях Венеции, частично завозили с того же Крита и частично покупали на Кипре, Сардинии и Сицилии. Еще одно открытие — узкая специализация. Рабочие Арсенала были поделены на гильдии в соответствии со своей профессией и специализацией – кузнечная гильдия (Arte dei Fabbri), парусная гильдия (Arte dei Vela) и т.д. В Арсенале один мастер мог всю жизнь делать только шпангоуты. Другой — только блоки для такелажа. Третий — только весла. Данте Алигьери, посетивший Арсенал в начале XIV века, был настолько впечатлен, что описал его в «Божественной комедии», сравнив с кипящей смолой в аду — настолько там было жарко, шумно и напряженно кипела работа. Кстати, про скорость. Когда американцы во время Второй Мировой войны поставили на поток производство транспортов «Либерти», самый быстрый корабль SS Robert E. Peary был построен в ноябре 1942 года всего за 4 дня, 15 часов и 29 минут. Это была невероятная скорость. Но когда французский король Генрих III побывал в Венеции, ему показали Арсенал. На его глазах был установлен киль новой галеры и началась установка шпангоутов. Затем он отправился на бал, утроенный в его честь Сенатом Венеции. А когда через три часа (!) монарх вернулся в Арсенал, чтобы посмотреть, как дела, он был изумлен, потому что заложенная при нем галера уже была полностью достроена и спущена на воду. Еще одно усовершенствование системы — в мирное время арсеналотти не распускали — они начинали работать «на склад» или занимались ремонтом кораблей. Арсенал был наполовину верфью, наполовину гигантским складом. Тысячи заготовок лежали готовыми: мачты, паруса, якоря, оружие — все разложено, промаркировано и подсчитано. Это позволяло включать производство на полную мощность в нужный момент — перед войной или экспедицией. Корабль собирали из готовых частей, как конструктор.