Post #8216

Израиль принял закон о смертной казни для террористов. Сначала немного истории — как вообще евреи относились к смертной казни? Талмуд упоминает четыре возможных способа смертной казни: побитие камнями, сожжение, казнь мечом и удушение. Кнессет решил остановиться только на последнем. Но в Мишне сказано: «Синедрион, приговаривающий к смерти раз в семь лет, называется кровожадным; рабби Элазар бен Азария говорит: «Даже раз в 70 лет»; рабби Тарфон и рабби Акива сказали: «Если бы мы заседали в Синедрионе, смертные приговоры никогда не выносились бы», а раббан Шимон бен Гамлиэль сказал: «Если так, они бы умножили число убийц в среде Израиля». Напомню, что в современном Израиле смертная казнь применялась всего два раза. И один из них — по ошибке. Попробую спокойно и без эмоций объяснить, в чем проблема с этим законом. Давайте рассмотрим основные доводы защитников концепции смертной казни: 1. Это восстанавливает справедливость. Нет. Сама идея, что убийство террориста может восстановить справедливость глубоко ошибочна. Было множество случаев, когда террорист взрывал себя вместе с невинными людьми. Разве кто-то в этот момент считает, что если террорист уже погиб, то значит справедливость восстановлена? Нет, это работает не так. Добавлю, что как правило на теракт отправляют оболваненных пропагандой людей. Подростков, которых с детства учили, что убив неверных ты попадешь в рай. Женщин, которые пытаются смыть позор со своей семьи. Людей отправляют на теракт под угрозой насилия или обещая деньги семье. Для уменьшения уровня терроризма нужно бороться с организаторами и вдохновителями террора. У Израиля есть для этого есть все возможности — он уничтожил всю верхушку ХАМАС, всех организаторов 7 октября. Это было правильное решение. Но семьи террористов продолжают получать пенсии, детей продолжают учить джихаду — именно с этим надо бороться, а не с ликвидацией исполнителей терактов. Большинство людей в террористической структуре — это планировщики, финансисты, вербовщики, логисты, идеологи. А не исполнители. Любой совершенный теракт — это провал спецслужб. Казнь исполнителя кажется справедливой, но она только прикрывает это провал. 2. Это расплата за чудовищный теракт 7 октября Нет. Закон не имеет обратной силы и все террористы, захваченные после 7 октября, под этот закон не попадают. 3. Не будет тогда обменов одного нашего заложника на сотню террористов. Нет. Это не решается смертной казнью — это изначально была ошибка. Нельзя было менять Гилада Шалита на 1027 заключенных, включая осужденных за массовые убийства. Среди освобожденных был Яхья Синвар — впоследствии организатор резни 7 октября. Все равно переговоры об обмене заложников будут продолжаться. Ведь нет закона, запрещающего эти переговоры. К тому же в тюрьмах Израиля все равно останутся десятки тысяч арабов — на них тоже будут смотреть как на обменный фонд для захвата новых заложников. 4. Это напугает потенциальных террористов и сократит количество терактов. Нет. Невозможно напугать смертной казнью террориста, который готов подорвать себя. Мученичество работает если казнь становится символом. История показывает, что казни создают мучеников и радикализируют следующее поколение. Мобилизующий эффект для вербовки — работает очень хорошо. Жестокость наказания никак не влияет на террористов — это проверено практикой в десятках странах. С террором спецслужбы сражаются совсем другими способами. 5. Дешевле повесить, чем содержать пожизненно. Нет. Государство не должно думать в таких категориях. Вероятность судебной ошибки слишком высока. Добавлю, что террористов и так стараются не брать в плен, расстреливая их на месте.