SaintBytеChannel

Сегодня ничего особенно. С утра была дымка с видимостью в километр — создавалось ощущение, что местность накрыли матовой полусферой. После обеда распогодилось, выгнал кота гулять, а он замочил ужа, который грелся на солнышке. Возможно, уж просто прикинулся дохлым, но проверять я это не стал. Не люблю змей — они вызывают во мне вполне рациональное чувство опасности. Собрал из барахла отдельный провод для вундервафли — насобирал кучу металлических заноз из экрана провода в пальцы. А так — работа и ещё раз работа.

Я весь такой умный, а купить ремешок для браслета не могу. Пришли мне три ремешка для Mi Band 8 и 9 — это такие округлые фитнес-браслеты. А мой отличается от них всего одним словом — Active, и он уже квадратный. Так что отдаю даром в добрые руки в Ростове или Таганроге три разноцветных ремешка. Пожары в пойме продолжились — но ночью был дождь, это потушило огонь. С утра серое небо и влажность. И сегодня я прямо усиленно работаю — можно раз в неделю 😊 Бывает, сидишь работаешь, и тут замечаешь боковым зрением движение за окном или изменение потока света. Кажется, что там кто-то ходит. Обычно делаешь вывод, что это не собака — потому что она не может так изменить световой поток, ведь бегает по земле. Обычно это человек. Но представьте мою реакцию, когда выглядываешь и никого нет. Сегодня я выяснил — обычная кольчатая горлица (но крупная) залетает на крышу крыльца и что-то делает. Возможно, прячется от хищников (будем думать, что у неё больше мозгов, чем у голубей, хотя один род). Вот такая разгадка и никакой мистики.

Пожары бушуют по всей пойме, но ветер с материка сдувает их к морю. Везде валяется пепел, с неба иногда падает. А я уже было и забыл, что окружающая действительность готовит меня к постапокалипсису. С утра сообщили, что-то горит совсем рядом, пошел смотреть — и ничего не горит. Начали цвести ещё пара видов цветов помимо гусиного лука и лютиков. Это синие цветы с четырьмя лепестками и белые цветы с пятью или десятью лепестками. Само соцветие не больше ногтя мизинца. Сегодня столкнулся с любимой манипуляцией журналистов для тех, кому лень критически мыслить. После Pfizer ($PFE) и Moderna ($MRNA) риск миокардита повышается на 610%, а острого энцефаломиелита — на 378%. Страшные проценты, правда? Очень страшные проценты, когда это не проценты доходности твоих акций (хотя если у твоих акций такая доходность, дело пахнет МММ). Но никто не говорит, какие риски были изначально. Если риск был 0,1%, а стал 0,6%, то рост действительно 600%, но вероятность всё равно низкая, хотя и менее приятная. Я задал встречный вопрос: «Насколько велик рост в процентах, если изначально было 0 случаев, а стало два?» В данном случае получается рост равный бесконечности. Судя по всему, были отобраны просто страшные названия. Это как примерно использовать слово «гематома», а не «синяк».

Тот день, когда кончились силы — и это понедельник. Сил нет, валялся полдня, работал прямо из кровати. Слабость. Слабость такая, что хочется просто полежать. Начал делать инструмент, который по-хорошему нужно было делать целый месяц, — скинул страшный прототип всего за один день. Если завтра утром лень и слабость не пройдут — буду пить витамины.

Сегодня я решил, что надо идти в другую сторону. И пошел. Походил в высоком тростнике у устья Донского Чулека. То, что было там в прошлый раз, теперь превратилось в полноценные узкие тропинки в высоком тростнике. Сейчас наблюдается небольшой отлив воды — конечно, меньше, чем обычно, но еще очень далеко до того уровня, что был в феврале. Прошелся до моста, 🌐где ушиб ногу. На мосту огромное количество чаек. Чайки везде. Вернулся. Пошел дальше на запад. Нашел очередного 🌐 «сушеного слизня», теперь уже на веточке — забрал с собой, он вроде не сильно жареный. Прошел между промзоной на берегу протоки от Мертвого Донца и Донского Чулека в море. Тут стал понимать, что все еще не в форме — немного утомился, хотя казалось, нагулял километров пять. За промзоной на берегу протоки — прямо по берегу стоят дома, причем достаточно цивильные. Но в центре стоят остатки пионерского лагеря, который захватили бомжи. Реально заброшенный, захваченный бомжами. На первом этаже однажды, когда я туда забрел, бомжи держали куриц, но в этот раз такого не было. Вот стань бомжом и живи на 400 квадратах с видом на речку. Замечательная заброшка, если бы не бомжи, которые не пускают на крышу. Я отдохнул напротив заброшки на берегу — там сделано что-то вроде бухты, и есть пирс, уходящий в протоку. Везде куча металла, оставшегося с советских времен. Вышел я с этого места по мосту через болото. Мост метров двести, но делали его явно без учета температурного расширения. Видимо, каждое лето из-за нагрева его начинает «колбасить».

Сегодня без фанатизма — пошёл просто гулять по болотам. Для начала увидел, что стаи птиц с явлением мурмурации уже летают над просторами дельты. Эти стаи птиц с моим уже не таким острым зрением иногда создают очень интересные образы: например, как мне показалось, что сейчас в двух километрах от меня материализуется что-то огромное, и я секунд пять рассматривал это полупрозрачное нечто, пока до меня не дошло, что это птицы. Утки в лужах при виде меня некоторые ныряют, а некоторые улетают. За железной дорогой что-то сильно горит. Замечена пара хищных птиц, они поочерёдно нарезали круги над болотами. Дошёл до той точки, где строители водовода устроили что-то временное через Мёртвый Донец, а там: пара бакланов, несколько видов чаек и цапля на левом берегу Мёртвого Донца. Фото: 1. Мурмурация 2. Утка ныряет 3. Утки улетают 4. Хищная птица 5. Птицы на временном трубопроводе. 6. Бакланы. И поздравляем меня с первым ботом на канале.

Если кто-то знает, как бывает после отравления — ты уже не умираешь, но продукты распада ещё плавают в теле, — вот так я себя чувствовал (а если что, у меня байка, как во мне, возможно, плавал суровый вирус, и как я его чуть не завёз на юг). Умереть с утра не хотелось, но тяжело всё равно. Температура тоже спала — потому что жаться к батарее уже не хотелось. Нос заложен, но уже не так сильно, сопли не пытаются испачкать всё подряд. На улице потеплело. Как обычно по пятницам — совещание. А после него я ещё потыкался кнопками пару часов, попытался почитать и посмотрел видосики. Завтра я окончательно оклемаюсь и куда-нибудь поеду.

Утром я открыл глаза, и первое, что услышал, был звон будильника - мне надо в отпуск. Вчерашняя боль в горле превратилась в нечто невыносимое, словно кто-то сжимал мою голову. Виски пульсировали, нос заложен, но вокруг лампы образовался причудливый ореол света, а на потолке я заметил странные волны, которые, казалось, двигались. Фитнес-браслет на руке показывал почти 100 ударов в минуту. Собрав остатки сил, я вышел на улицу. Солнце ярко светило, и легкий ветерок приятно освежал кожу. Я добрался до аптеки, купил таблетки и вернулся домой. Упал на кровать прямо в одежде, подтянул к себе ноутбук и написал пару сообщений коллегам. Глаза закрывались, и я, вероятно, заснул. Попытался взять в руки книгу, но сил хватило лишь на то, чтобы прочитать несколько строк.

Звонок будильника вырвал меня из сна. Я вылез из-под одеяло и замер: за окном кружились снежные хлопья. Весь день снег падал, покрывая землю тонким слоем. К четырём часам дня снег прекратился, оставив после себя мокрые дороги и влажный воздух. В горле появилось лёгкое першение. Я взял метлу и подмел крыльцо. Вдруг на крыльце появилась птица, размером с воробья, серая, с тонким клювом. Она перепрыгивала с места на место, ища что-то съестное. Я оставил для неё немного корма.

Сегодня утром холодный ветер пронизывал до костей, а дождь стучал по окнам. В бутылке не осталось ни капли колы, поэтому пришлось накинуть куртку и отправиться в магазин. Ноги скользили по мокрой грунтовке, а капли дождя стекали по лицу. После обеда небо прояснилось, и солнце начало пригревать. Встреча, запланированная на это время, отменилась, и я решил прогуляться. На речке не было ни одной птицы. Я бродил вдоль прудов, замечая, как вода поднялась, но оставалась удивительно прозрачной. Вскоре я нашел место, где начался 🌐пожар. Огонь, вероятно, начался от железнодорожных путей или с самого южного берега южного пруда. Пламя прошло полосами, оставляя за собой выжженные участки, но кое-где оставались островки нетронутого тростника. Среди пепелища я поднял цаплю, которая взмыла в небо, и пару десятков уток, которые захлопали крыльями, поднимаясь над водой. Несмотря на солнечный свет, холод пробирался до костей. Остаток дня я провел, разбираясь с докером.

Весь день провел в совещаниях. С утра решил пожарить пельмени, но они подгорели. Остаток дня прошел в раздражении: я ругал китайцев и слушал коллег. Настроил на совещаниях немного компьютер, нашел в запасах мышку. Одну, неработающую, решил не оживлять и выкинул.

Выходные прошли насыщенно. В субботу отправился по делам в Ростов. По дороге, на новой тропе, где казалось, что камни надежны, ноги соскользнули в болото. Обувь немного покрылась грязью, а носки намокли. Дела были завершены, и я зашел в бар, название которого отсылало к Оруэллу. Заказал кружку пива, ощущая, как холодный напиток освежает горло. Сидеть только с бармэнов в баре - в этом что-то есть. После бара отправился в магазин за покупками, но сначала прогулялся по центру города. На торце одного из домов обнаружил новое граффити, а рядом — импровизированное убежище бомжа, прямо в сердце города. Сделал покупки и вернулся в бар. В баре я был один. Друзья остались дома: у кого-то планы на месяц вперед, а кто-то просто нуждался в отдыхе. Я сел за стройки и познакомился с инженером, который стал управленцем. В России, чтобы хорошо зарабатывать, нужно стать управленцем, но это уже другая история. В итоге, я наслаждался пивом, пока не почувствовал легкое опьянение. Потом еще пара кружек и я был достачно пьян. В воскресенье я провел день дома, читая книги и смотря YouTube. Но главное достижение дня — замена SSD и установка новой операционной системы на компьютер. Проблема моего пьянства - то что оно контрпродуктивно.