Post #1723

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук Структурная трансформация социума: контуры и перспективы Ковидные годы и СВО оказывают устойчивое и многоуровневое влияние на трансформацию российского социума: речь не только о политическом и экономическим измерениях, но и о социокультурном, и о трансформации практик повседневности подавляющего большинства. Из потребительского социум превращается в секьюритизированный, национал-патриотический, главная особенность которого – ориентация на безопасность, выживание и противодействие экзистенциальным угрозам. Мобилизационный потенциал (в широком смысле этого слова) такого типа социальности несколько выше, чем общества потребления, однако вряд ли значительно: сказываются и усталость, и утомление. В то же время готовность к новым вызовам, в том числе и на уровне социальной психологии, в российском обществе достаточно высока. В том смысле, что многие ожидают этих вызовов, хотя и надеются, что их получится избежать. Доходы россиян, даже по данным официальной статистики, не растут, начиная с 2014 г. Нынешняя статистика - весьма своеобразная, но, если брать данные с учетом реального уровня инфляции, – говорить о росте доходов большинства населения сложно. В этих условиях наивысший уровень адаптации продемонстрировали глубинарии, доходы подавляющего большинства которых высокими никогда не были, а жить в условиях кризисов и неблагоприятной экономической конъюнктуры – для них привычное дело. Однако именно на этот сегмент приходятся основные тяготы военных действий, и среди них же - самый высокий уровень бедности, а он, в нынешних условиях, - значимый фактор социального недовольства и протеста. Сегменты с доходами на уровне европейских (а это, примерно, 10-15% жителей мегаполисов, не считая сверхбогатых 1-2%) адаптировались к этой реальности либо с помощью релокации, либо с помощью снижения своего уровня жизни и возможностей для развития (в том числе и в плане общегражданских свобод и мобильности). В тучные 2000-е гг. и до 2014 г. российское общество можно было определить как индустриальное с признаками постиндустриальности и активным потреблением в крупных городах. Ковид сделал этот социум постпотребительским, а после 22 февраля 2022 г. нужно говорить о том, что повестка безопасности окончательно победила. Это означает, что все ключевые вопросы развития государства и социума рассматриваются с точки зрения безопасности и преодоления экзистенциальных угроз. В этом плане заметно как стремительно на теме секьюритизации формируются новые привилегированные слои социума, а также сегмент граждан с доходами выше среднего: подавляющее их большинство зависит от государства и секьюритизации, а не экономической конъюнктуры, инвестиций или включенности России в глобальные и транснациональные потоки. Это очень важный сдвиг в структуре социальности. Можно ли говорить, что такое состояние работает на рост мобилизации социума в широком смысле слова? Отчасти- да, но самым главным носителем непримиримых настроений, например, являются пенсионеры, а их мобилизационный потенциал государством востребован в меньшей степени, по понятным возрастным причинам. Тем не менее, социум стремительно упрощается - и с точки зрения пирамиды потребностей подавляющего большинства, и с точки зрения жизненных стратегий и возможностей. В этих условиях возможности выражения социального несогласия и ограничения на принятие непопулярных решений снижаются. И это значит, что мобилизация как многоуровневый социальный процесс идет: сначала на уровне социальных стандартов и нормативов, а затем, при необходимости, и на уровне прямых действий. Системная работа по подготовке российского социума к эскалации с Западом будет продолжена: акторы, санкционирующие такую политику, рассматривают этот фактор как стратегическое преимущество России над Западом. В условиях подготовки к управляемой эскалации этому придается достаточно серьезное значение.