Post #2057

Футурология мегамашин. Для автократов и тоталитарных режимов основное политическое назначение ИИ – это его способность создавать (или воссоздавать) огромные социальные мегамашины, способные удерживать власть и реализовывать интересы правящих режимов. Для демократических режимов все сложнее, но ИИ будут использоваться правящими режимами по всему миру для укрепление своего доминирования над всем остальными. В этой марксистской логике разрыв между элитами и остальными в ближайшее десятилетие будет расти в большинстве стран, хотя линейные обобщения здесь не очень ценны. Концепция мегамашины сформулирована в конце 1960-х – начале 1970-х гг. американским антропологом Л. Мамфордом. Ее суть: первая настоящая «машина» в истории цивилизации создана не из металла и дерева, а из живых людей, объединённых жесткой иерархией и дисциплиной. Мегамашина – это огромная, иерархическая социальная организация, где тысячи людей превращены в «винтики», выполняющие узкие функции без права на инициативу (государственная власть, способная организовать постройку пирамид в Древнем Египте, массовое строительство иррегационных сооружений в Месопотамии, древнеримские легионы и т.д.). Для мегамашины необходимы божественная власть Правителя, развитая бюрократия и монополие на насилие. Переход от открытой глобализации к защищенным государственным контурам секьюритизации формирует высокотехнологичные условия для воссоздания таких структур на новом технологическом уровне. Цифровая конвергенция властей и технологий: все (не только авторитарные или тоталитарные) режимы технологически развитых государств обеспокоены созданием алгоритмов ИИ-систем контроля, которые смогут превратить население в био-цифровизированные шестеренки не столько через механизмы контроля или социального рейтингования, сколько через формирования доминирующих структур, препятствующих возможности отхода от них. Степень контроля разная и уровень допустимого тоже, но общий тренд такой. При этом пространство свободы в частной/цифровой жизни стремительно сужается, хотя возможности выражения свободы слова в демократиях по-прежнему сохраняются. Секьюритизация оправдывает предельную бюрократизацию и централизацию. Государства в эпоху секьюритизации (вне зависимости от типа политического режима) усиливают стремление обьединить науку, экономику и военную силу в единый механизм. Информационное господство в авторитарных и тоталитарных государствах работает в логике закрытия и ограничения данных, а также цензуры. Следствием этого будет стремление многих государств добиться технологического суверенитета, понимаемого как изоляция критически значимых технологий в цифровое сфере. Талибы в Афганистане полностью выключили интернет, Иран выключает интернет только на время восстаний, в Туркменистане сеть уже многие десятилетия существует в ограниченном виде. Режим ограничения данных свойственен и Великобритании и другим государствам, только в более деликатных формах. Интернет и дальнейшая сетевая децентрализация (в том числе и развитие криптовалют) достаточно уже осмыслены централизованными государствами как явные угрозы. Реакция такая – либо подчиняем и развиваем под собственным контролем, либо запрещаем и активно боремся. Стремление к созданию мегамашин в цифровую эру характерно для всех типов режимов. С той лишь важной разницей, что в демократических режимах это будет делаться на основе ценностного консенсуса, а в авторитарных и тоталитарных на основе иерархии и монополизации высокотехнологичных управленческих механизмов в руках правящего класса. Мегамашина – это идеальный инструмент в руках правящего класса. Это не значит, что он реализуется в полном виде, но интенция на создание таких мегамашин становится важнейшим фактором взаимоотношений между Государствами-Левиафанами в современную эпоху. Очевидно, что это повышает вероятность военных конфликтов, но главный эффект это расширение возможностей правящего класса обеспечивать фактическую несменяемость власти (на уровне элитных семейств) и подавление низового несогласия и протеста.