Post #18

САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ СОСТЯЗАНИЕ В СЕЗОНЕ Парижский корреспондент «Красного спорта» А.Герцог в выпуске от 23 декабря 1935 года утверждает, что местная публика на приезд советских футболистов реагирует совершенно иначе, чем на другие визиты зарубежных команд. Ведь обычно к иностранцам относятся чуть ли не как к врагам. А бульварная пресса «под маской внешней вежливости беззастенчиво спекулирует на шовинистическом духе и судей и зрителей»: «Наша команда… Наша национальная гордость не позволит… С истинно французской отвагой...». Даже шахматиста-эмигранта Алехина называют французом, который играет в шахматы с «чисто галльским духом борьбы». А тут бульварные газетенки на информацию скупы. Правая пресса и вовсе молчит. И фотографий советских футболистов нет. И зубную пасту они не рекламируют. Пишут только левые газеты и спортивная пресса («с необычным интересом и теплотой»). Но в городе все равно ажиотаж, а большая часть зрителей ждет приезда команды из Москвы — «не как врагов, но как близких друзей». А многие говорят, что «и в международном отношении это будет самое интересное состязание в сезоне». И палки в колеса всякие нехорошие люди пытались вставить — мол, СССР не состоит в международных футбольных организациях, матч проводить не стоит. И якобы уже были «нежелательные демонстрации», когда в Париж приезжала сборная Украинской ССР. Но натиску народного требования французской публики злопыхателям все же пришлось уступить. Единственная их победа — выступление наших спортсменов против профессионалов ограничится одним матчем. Напоследок Герцог приводит анекдот из жизни, когда ему из-за травмы пришлось посетить французскую больницу для перевязки — буквально накануне матча — и вместо привычного равнодушия врачей, грубости от персонала и «бездушной атмосферы госпиталя», он встретил улыбающегося и любопытствующего санитара: « — Вы — советский журналист, как Ваше здоровье? <...> И по дороге он спросил: — Как вы думаете, кто победит — Москва или «Рассинг»? — Я москвич, — ответил я, — смеясь. — Я надеюсь, что победит Москва. — А знаешь, товарищ, — сказал он, вдруг переходя на «ты», — я тоже надеюсь на это».