Post #349

Следствие пришло к выводу, что Семенчук подговорил своего подчиненного Старцева к убийству Вульфсона, который грозился сообщить правду о происходящем на станции вышестоящему руководству. Вызов от эскимосов по версии следователей был ложным (кстати, того самого Тагью вскоре тоже нашли мертвым). А Вульфсона в итоге забили камнем. На уже бывшего начальника станции повесили все, что можно, включая антисемитизм. Про Старцева всплыли такие подробности, будто он бывший «колчаковец». При этом доказательства были сплошь косвенными, на место следователи не выезжали, и даже эксгумацию и осмотр тела доктора проводил хирург без патологоанатомического опыта. Обвинение в основном строилось на показаниях свидетелей. Однако значения для хода дела недостатки следствия уже не имели, ведь оно обрело яркий показательный и политический характер, с изобличением антисемитизма, вредительства государству и проводимой им национальной политики в отношении малых народов, а также запятнания образа полярника. Семенчука не спасли ни статус героя Гражданской, ни попытка симулировать безумие заявлениями о контакте с марсианами. Судебные заседания проводились в колонном зале Дома Союзов, который вмещал до 2000 зрителей. Государственное обвинение поддерживал лично прокурор СССР Вышинский. С его легкой на расправу руки подсудимым вменили бандитизм (ст. 59-3 УК РСФСР), ведь по мнению прокурора «вся деятельность Семенчука была направлена на подрыв авторитета советской власти, представляя собой удар по основным принципам нашей национальной политики, по ленинско-сталинской национальной политике в целом». Защитники — видные адвокаты Николай Коммодов и Сергей Казначеев, обращали внимание на косвенный характер представленных доказательств. Но на итоговый результат рассмотрения дела их реплики уже вряд ли могли повлиять. Вышинский со своей обвинительной речью выступал аж целых пять часов! 📰 Краткая сводка по итогам рассмотрения дела в «Известиях» (разворот №120 от 24.05.1936): «Вчера, после 7-дневного разбирательства, закончилось слушание дела о преступлениях на о. Врангеля. После выступления гражданского истца т. И. Д. Брауде и речей членов коллегии защитников С. К. Казначеева и Н. В. Коммодова суд заслушал последние слова обвиняемых и в 4 часа дня удалился на совещание. После 6-часового совещания Верховный суд РСФСР (председатель — заместитель председателя Верхсуда тов. Я. И. Берман и народные заседатели тт. Э. А. Круглова и М. С. Бабушкин) вынес приговор: Квалифицируя действия обвиняемых по 59—3 статье (бандитизм) уголовного кодекса РСФСР, Верховный суд приговорил Семенчука и Старцева к высшей мере наказания — расстрелу. Приговор Верховного суда РСФСР окончательный и обжалованию не подлежит». Разбор процесса в газете «Коммерсантъ» можно прочитать здесь. А тут — обвинительная речь Вышинского по делу. В 1989 году Константин Семенчук и Степан Старцев были посмертно реабилитированы за отсутствием события преступления. Как я понимаю, бандитизма в их действиях все-таки не усмотрели, но хотелось бы взглянуть на «резолютивку» судебного акта из «восьмидесятых». Ну а выводы для себя делаем сами.