Москва отреагировала на недавние заявления из Еревана о возможной передаче управления армянскими железными дорогами другой стране. Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова назвала их «странными и малодопустимыми». Россия, подчеркнула она, всегда выступала за разблокирование всех транспортных и экономических коммуникаций в регионе. Армянская железная дорога уже больше 20 лет находится в концессии у Южно-Кавказской железной дороги (дочки РЖД), стабильно выполняет условия соглашения 2008 года. Захарова заявила, что за это время российская сторона вложила значительные средства в инфраструктуру и подвижной состав, создала тысячи рабочих мест и, по словам Захаровой, не лишила Армению конкурентных преимуществ в логистике, а наоборот, помогла их сформировать (🙄).
Реакция прозвучала на фоне активных работ в Нахчыване. «Азербайджанские железные дороги» (ADY) с конца 2025 года реализует первый этап масштабной реконструкции и модернизации своей сети в Нахчыване. Планируется полная реконструкция 10 станций, строительство 814 инженерных сооружений, в том числе 29 мостов, 4 тоннеля и 12 галерей. Всё это делается для того, чтобы линия подошла вплотную к армянской границе именно в районе Ордубада, где исторически существовала стыковка с советской веткой через Мегри/Агарак.
Оттуда путь должен продолжиться на Горадиз - Агбенд, чтобы соединить основную часть Азербайджана с Нахчыванью и выйти на Турцию.
По данным ADY на февраль 2026 года, этап проектирования завершён, а строительные работы идут полным ходом. Азербайджан не просто готовится, а уже подводит инфраструктуру прямо к границе, создавая условия для физического соединения рельсов в любой момент, или же когда политическая воля в Ереване позволит. Параллельно Azerenergy в январе 2026 года начала строительство высоковольтной ЛЭП 330 кВ: 105 км от Нахчывана до границы в районе Ордубада плюс 74 км от Джабраила до Агбенда, общая мощность до 1000 МВт. Следующим этапом будут дополнительные 44 км через армянский коридор, чтобы замкнуть энергокольцо Азербайджан — Турция — Европа.
Этот отрезок теперь официально развивается под названием TRIPP — 43-километровый коридор, который по вашингтонскому соглашению получает развитие и управление с участием американской стороны на 99 лет. Проект, который перерос из чисто «Зангезурского коридора» в многоуровневый транспортно-энергетический маршрут Среднего коридора.
Пока в Армении продолжают обсуждать судьбу концессии ЮКЖД, Баку подводит свою инфраструктуру к самой границе и готов к соединению в любой момент.
А Россия в это время ясно показывает, что уходить с армянских рельсов сейчас - значит потерять контроль над узлом, от которого зависит весь будущий транзит. Ставки идут не только на доходы от грузов, но и на влияние в евразийском транспортном поясе.
Для Москвы это остается одним из последних серьёзных рычагов в регионе, и неизвестно, каким образом у Еревана получится оборвать эти узы.
#TRIPP#Захарова#Зангезур
Американская тень над Зангезуром: Том Баррак и новая игра США на Кавказе
Томас Джозеф Баррак-младший, американский предприниматель ливанского происхождения, к 2025 году стал одной из самых нетипичных фигур в американской дипломатии. В мае 2025 года он был назначен послом США в Турции и одновременно выполняет функции спецпредставителя по вопросам Сирии и региона в целом. Это решение администрации Дональда Трампа вызвало значительный резонанс, учитывая политическое и финансовое прошлое Баррака, а также его вовлечённость в ближневосточные процессы, особенно в Турции.
Баррак — основатель и многолетний руководитель инвестиционной компании «Колони Кэпитал» (ныне «ДиджиталБридж Групп»), которая специализировалась на строительстве, гостиничном и развлекательном бизнесе, а также на инфраструктурных инвестициях. Его политическое влияние усилилось во времена первого президентства Трампа. Баррак возглавлял комитет по инаугурации президента в 2017 году и считался одним из наиболее влиятельных спонсоров республиканцев. В 2021 году против него было выдвинуто обвинение в незаконной лоббистской деятельности в интересах ОАЭ, но в 2022 году он был оправдан.
Его связи с Турцией имеют не столько дипломатическую, сколько деловую основу. В 2007 году «Колони Кэпитал» приобрела 55% акций турецкой компании «Марс Энтертейнмент Групп», управлявшей крупнейшей сетью кинотеатров и фитнес-центров. Баррак вышел из актива в 2010 году, но сохранил обширные деловые связи в турецких элитах. В 2018 году его компания взяла под управление фонд «Турция I» на сумму свыше 500 миллионов долларов, ранее принадлежавший обанкротившейся инвестиционной структуре «Абраадж Групп».
Баррак поддерживает контакты с рядом влиятельных семей Турции, включая Ялчындаг и Доган, которые были вовлечены в проект Trump Towers в Стамбуле. В выступлениях перед Конгрессом США он упоминал о десятках визитов в Турцию и подчёркивал тесные связи с её деловыми кругами.
В странах Южного Кавказа Баррак не имеет официальных деловых активов (согласно открытым базам данных SEC и PitchBook). Его возможное влияние здесь осуществляется опосредованно, через Турцию — главного союзника Азербайджана и одного из ключевых участников переговоров по вопросу Зангезурского коридора.
Сегодня в телеграм-каналах появилась информация о том, что Баррак якобы предложил взять Зангезурский коридор — участок длиной 32 км, проходящий по югу Армении — в аренду на 100 лет от имени США, чтобы урегулировать многолетний конфликт между Арменией и Азербайджаном.
Сообщалось, что он сказал:
«Они спорят из-за 32 км дороги уже десять лет. Америка говорит: хорошо, мы возьмём этот участок себе в аренду на сто лет, и вы сможете использовать его вместе».
Однако это заявление не было подтверждено.
Даже при отсутствии официального подтверждения сама идея «аренды» стратегического участка территории может рассматриваться как элемент «проброса мнения» — то есть тестирования реакции политических и экспертных кругов региона и за его пределами. Такой подход позволяет США оценить возможности продвижения нестандартных решений в условиях дипломатического тупика, не беря на себя формальных обязательств.
Том Баррак выступает не как прямой инвестор или чиновник, принимающий решения, а как некий посредник, обладающий доступом к ключевым элитам Турции, США и, возможно, Азербайджана. Его назначение символизирует готовность новой американской администрации использовать нестандартные инструменты влияния в регионах с высокой концентрацией геополитических рисков.
Даже если идея с арендой Зангезурского коридора окажется элементом политической фантазии, фигура Баррака и стиль его деятельности демонстрируют, что США всё чаще переходят от деклараций к прощупыванию форм прямого институционального присутствия в таких стратегически важных узлах, как Южный Кавказ.
Евгения Горюшина, руководитель сектора кавказских исследований ИКСА РАН, кандидат полит. наук, @inmemorych
#сша#зангезур#турция
📱Сектор гор. Подписаться
«Пактом Азербайджан-Армения Трамп нанес мощный удар по Ирану»
22 августа в консервативном американском таблоиде New York Post была опубликована статья «Trump delivers massive blow to Iran with Azerbaijan-Armenia pact» («Пактом Азербайджан-Армения Трамп нанес мощный удар по Ирану»).
Автор, Эфрат Лахтер (Efrat Lachter), — известная журналистка, корреспондент и документалист, работающая с Fox News Digital и израильским Channel 12. Обратите на это внимание, поскольку речь пойдет не о Кавказе, а об Иране, конечно.
О чём текст?
Автор и цитируемые эксперты рассматривают новый транзитный коридор Зангезур как исторический прорыв. Он (Trump route) закрепляет долгосрочное присутствие США в регионе, даёт Америке доступ к транспортным, энергетическим и коммуникационным маршрутам, снижает зависимость Европы от поставок из России и Ирана, а также ослабляет позиции Тегерана. Соглашение трактуется как геополитическая победа Вашингтона, достигнутая в момент, когда Иран переживает внутренние и внешние кризисы.
«Сектор гор» выделил ключевые тезисы:
🏈Суть сделки – США получили 99-летнюю аренду Зангезурского коридора, который соединяет Каспийский бассейн с Турцией и Европой, обходя территорию Ирана.
🩸Экономический аспект – американские компании будут управлять транспортной, энергетической и телекоммуникационной инфраструктурой коридора, что сулит им крупные прибыли и стратегический контроль над потоками нефти, газа и товаров.
🇺🇸Стратегический эффект для США заключается в том, что Вашингтон укрепляет присутствие на северной границе Ирана, получает рычаги давления на Тегеран и обеспечивает альтернативные маршруты энергоснабжения Европы.
🇮🇷Последствия для Ирана – страна теряет транзитные доходы и возможность использовать географическое положение для контроля потоков. Эксперты называют это «кошмарным сценарием» для Тегерана.
🔫Потенциальное военное измерение – обсуждается вероятность появления американских военных баз в коридоре, что радикально усилило бы давление на Иран и Россию.
🏔Региональный контекст – соглашение стало возможным после поражения Армении в войне с Азербайджаном и охлаждения её отношений с Москвой. Оно положило конец многолетнему карабахскому конфликту.
🇮🇷Иранская уязвимость – упоминаются неудачи Тегерана на фоне войны с Израилем, ослабление союзников (Сирия, «Хезболла», часть иракских шиитов) и ликвидация командиров КСИР и ядерных специалистов.
✍️Оценки экспертов – по мнению оппозиционных и западных аналитиков, США используют момент слабости Ирана для закрепления политического, экономического и военного преимущества в регионе.
🗣Имиджевая составляющая – участие Дональда Трампа рассматривается как фактор, придающий сделке особый вес и демонстрирующий жёсткий стиль его дипломатии.
🇮🇷Символический смысл для иранских диссидентов – коридор воспринимается как признак ослабления режима в Тегеране и потенциальное ускорение его краха.
Статья выстроена вокруг идеи, что новое соглашение не только завершает давний конфликт на Южном Кавказе, но и создаёт фундамент для долгосрочного американского доминирования в регионе, одновременно резко ограничивая возможности Ирана и России. Другого ожидать от консервативной американской газеты, основанной в 1801 году, и не приходится. Важно то, как Зангезурский коридор/Trump Route позиционируется в части американской влиятельной прессы.
С американской консервативной прессой разбиралась Евгения Горюшина, руководитель сектора кавказских исследований ИКСА РАН, кандидат полит. наук, @inmemorych
Фото: talktothepress
#зангезур#россия#сша#иран
📱Сектор гор. Подписаться
Почему Зангезур важен для Ирана🇮🇷
Tehran Times со ссылкой на иранскую газету Kayhan: Зангезурский коридор – это проект с широкими геополитическими целями, направленный на усиление влияния НАТО и Запада на Южном Кавказе и ослабление позиций Ирана, России и Китая.
Маршрут внешне выглядит как проект, ориентированный на развитие и транзит, однако по своей сути он несет стратегические послания, напрямую нацеленные на подрыв транзитных экономик Ирана, России и Китая.
Традиционная роль Ирана как безопасного и дешевого пути для перевозки энергоресурсов и товаров между Центральной Азией, Китаем, Кавказом и Европой всегда была важной составляющей его региональных позиций. После завершения проекта Зангезур эта роль значительно сократится, поскольку прямое сообщение между Азербайджаном и Турцией, а далее с Европой, станет возможным без прохождения через территорию Ирана.
С экономической точки зрения, ключевым последствием станет сокращение доходов от транзита и ослабление позиций Ирана в таких инициативах, как китайская программа «Пояс и путь». Исключение Ирана из трубопроводной и железнодорожной сети снизит его переговорные возможности на региональном рынке.
🔜@openworld_astana
#Иран#США#ЮжныйКавказ#Зангезур
🇹🇷 Анализ ANKASAM от 8 декабря 2025: TRIPP в турецкой интерпретации рассматривается как проект, который фиксирует новую инфраструктурную конфигурацию Южного Кавказа и закрепляет американское присутствие через коммерческую схему управления коридором. Ключевая уязвимость в тексте: внутренняя и конституционная повестка Армении. Период до конца 2026 описан как этап повышенных рисков для юридического и политического оформления договоренностей.
Смена динамики привязана к 8 августа 2025 и формулировке «Washington Mutabakati». После этой даты конфликт, по оценке автора, переходит в управляемую фазу, где центр тяжести смещается на коммуникации и правила доступа. Дальше ключевой вопрос в тексте, который заключается в управлении маршрутом.
🇺🇸 TRIPP описан как долгосрочное управление линией Азербайджан–Нахичевань:
❤️99-летняя концессия для консорциума в США;
❤️опора на частный сектор для функционирования и безопасности.
По логике автора, это про устойчивое присутствие США без формального военного обязательства, где коридор становится элементом сдерживания России и Ирана.
🇦🇲Армения: юридическое оформление мирного пакета упирается в конституционные изменения. Упомянута Декларация независимости от 23 августа 1990 и ее отсылка к карабахской теме как риск сохранения претензионной рамки. Цепочка последствий:
❤️внутренняя борьба и мобилизация;
❤️рост риска кризиса доверия при затягивании или провале;
❤️повышение вероятности силовой проверки договоренностей.
🇷🇺Россия: при реализации схемы теряет часть рычагов логистического контроля после 2020 года. Пример давления: задержки на Верхнем Ларсе со ссылкой на фитосанитарные основания. Автор считает, что Москва будет использовать управляемые ограничения и экономические инструменты для возвращения влияния.
🇮🇷Иран: коридор воспринимается как угроза безопасности и транзитной роли, TRIPP в тексте трактуется как потенциальный «NATO koridoru». При этом снижение рисков через контакт с Баку, маркер — учения Aras-2025.
Отдельно отмечены закупки Армении у Франции и Индии как попытка повысить цену эскалации. Баланс, по оценке автора, остается в пользу Азербайджана за счет технологий и связки с Турцией. Военная модернизация повышает чувствительность кризисов.
Старт инфраструктурной фазы автор связывает с концом 2026. До этого период уязвимости:
❤️ затяжка юридического трека и внутренней повестки Армении;
❤️ тестирование конструкции внешними игроками экономическими и политическими методами;
❤️ любая нестабильность может сорвать переход к реализации.
Связка со «Срединным коридором», где успех TRIPP перераспределяет потоки и снижает значение российских маршрутов, срыв возвращает регион в высокую турбулентность.
Текст читала Евгения Горюшина, руководитель сектора кавказских исследований ИКСА РАН, кандидата полит. наук, @inmemorych
#армения#сша#россия#tripp
📱Сектор гор. Подписаться
Эрдоган: Турция хочет сохранить баланс между Москвой и Баку и продвинуть региональную повестку
Хотелось бы воскресный день продолжить рубрикой о культуре Кавказа, но есть вещи поважнее.
Президент Р.Т. Эрдоган заявил 5 июля, что недавние инциденты между Россией и Азербайджаном не должны разрушать их стратегическое партнёрство. Он призвал к дипломатии и сдержанности.
В этом случае политический подтекст очевиден: Турция демонстрирует, что, несмотря на тесный союз с Азербайджаном, она не стремится к конфронтации с Россией. Анкара позиционирует себя как мост, а не как триггер нового витка напряжённости на Южном Кавказе. «Сектор гор» разбирает детали.
➡️О Зангезурском коридоре и Армении. Эрдоган подчеркнул стратегический потенциал Зангезурского коридора — сухопутного маршрута, который может связать Турцию и Азербайджан через юг Армении. Президент Турции отметил, что позиция Еревана по проекту «становится более гибкой».
➡️О Сирии и «террористических структурах». Эрдоган также напомнил о неприемлемости легитимизации курдских вооружённых формирований в Сирии, которые Анкара традиционно считает террористическими. Этот тезис направлен скорее в адрес США и союзников по НАТО, чем в рамках кавказской повестки. Таким образом, Турция увязывает региональную стабильность с собственной безопасностью на южных рубежах, сигнализируя о своей роли как регионального гаранта «антикризисного» порядка.
➡️Азербайджан и поставки газа. В завершении Эрдоган заявил о готовности Азербайджана поддержать расширение газовых поставок в регион. Это не только экономический сигнал, но и элемент энергетической дипломатии Турции, которая заключается в усилении роли TANAP и интеграции Южного газового коридора. В сегодняшних условиях, когда Европа ищет альтернативы российскому газу, Анкара укрепляет позиции энергетического транзитёра и координирует это с Баку, превращая Кавказ в стратегическую платформу для энергетической переориентации континента.
Эрдоган не просто выступает с миротворческими призывами. Его заявление следует воспринимать как сигнал о претензии Турции на роль системного арбитра в регионе, который одновременно координирует безопасность, лоббирует инфраструктурные проекты и усиливает энергетическое влияние.
На фоне изменений в архитектуре безопасности на Южном Кавказе Турция переходит от поддержки к управлению процессами — на языке дипломатии, трубопроводов и коридоров.
Комментарий Евгении Горюшиной, руководителя сектора кавказских исследований ИКСА РАН, кандидата полит. наук, @inmemorych
#азербайджан#турция#зангезур
📱Сектор гор. Подписаться
К теме Зангезурского коридора
По мотивам статьи Jamestown Foundation
Планы по разблокировке транспортного сообщения между Азербайджаном и его эксклавом Нахичеванем через юг Армении вновь оказались в центре споров. Поводом послужили сообщения о том, что США якобы предложили передать управление армянским участком американской компании. Хотя эту информацию сначала опровергли в Ереване, позже заявления премьер-министра Никола Пашиняна были восприняты как фактическое подтверждение идеи.
Сам по себе маршрут, прописанный в п.9 трехстороннего заявления от 9 ноября 2020 года о прекращении огня в Нагорном Карабахе, давно стал больше, чем просто вопросом логистики. Из инструмента экономической взаимозависимости он трансформировался в узел геополитических разногласий.
Баку настаивает на беспрепятственном коридоре, без армянского контроля, что трактуется как логическое продолжение соглашения 2020 года. Армения же пытается противопоставить этому собственную концепцию «Перекресток мира», предполагающий взаимный доступ и мультимодальную связанность с Ираном, Турцией, Грузией и другими соседями.
Дополнительную остроту ситуации придает вовлечение внешних акторов. Так, американский посол в Турции допустил идею управления армянским участком маршрута на условиях 100-летней аренды. Это вызвало резкую реакцию в армянском обществе и обвинения Пашиняна в сдаче суверенитета без гарантий встречного доступа через территорию Азербайджана.
Ильхам Алиев со своей стороны отверг любые намеки на участие американских компаний в управлении маршрутом на границах с Арменией. Он также выразил скепсис в отношении инициативы «Перекрестка мира», заявив, что она не превратит Армению в настоящий транзитный хаб. Кроме того, Иран также дал понять, что не допустит изменения статус-кво на своих северных границах.
Кулуарность и отсутствие четких деталей по предложению США вызывают обеспокоенность не только у аналитиков, но и у политических оппонентов Пашиняна. Некоторые рассматривают происходящее как не попытку разблокировать коридор, а как стремление США встроиться в регион в роли гаранта безопасности, по аналогии с недавней сделкой с Украиной в сфере стратегических минералов.
Хотя переговорный процесс в последнее время продвигается активнее, как показала недавняя пятичасовая встреча Алиева и Пашиняна в Абу-Даби, он остается крайне уязвимым. Противодействие внутри Армении, дезинформация, внешнее давление и отсутствие консенсуса по формуле транзита создают условия для новой нестабильности.
🔜@openworld_astana
#Зангезур#Армения#Азербайджан#США
Институт Гувера опубликовал аналитический материал о региональных и внутриполитических процессах на Южном Кавказе и о том, как США могли бы выстраивать инфраструктурную повестку. В тексте важны конкретные рекомендации для Вашингтона. Сектор гор выделяет три блока тезисов.
1. Принять многовекторность региона.
Авторы предлагают США исходить из того, что инфраструктурные проекты в Закавказье развиваются в среде конкурирующих интересов. В этой логике участие китайских, российских или иранских грузов и компаний допускается при условии соблюдения санкционных ограничений. Консорциум под лидерством США рекомендуется не строить как механизм вытеснения других игроков с рынка. Акцент предлагается переносить на инициативы, где Вашингтон не выступает главным инициатором. TRIPP в тексте предлагается позиционировать как маршрут, совместимый с другими коридорами: со Срединным коридором, МТК «Север-Юг», китайской инициативой «Пояс и путь» и иранским маршрутом «Аразский коридор». Логика взаимодополняемости, по оценке авторов, повышает шансы TRIPP на устойчивую реализацию.
2. Не выводить Грузию за скобки.
Авторы считают, что исключение Грузии из инфраструктурных проектов, ориентированных на региональную трансформацию, снижает потенциал всей конструкции. Политические разногласия Тбилиси с западными партнерами описываются как фактор, который осложняет взаимодействие, но не отменяет базовую геоэкономическую роль страны. В этой рамке TRIPP подается как проект, который должен конвертировать геополитические преимущества в экономические эффекты.
3. Обеспечить политическое сопровождение в Армении.
Вашингтону предлагается не допускать ситуации, при которой Никол Пашинян выглядит изолированным в коммуникации с армянским электоратом и диаспорой в США. При высокой чувствительности общества к теме безопасности и рисков мирной повестки авторы считают необходимыми дополнительные меры поддержки и более наглядная демонстрация ожидаемых выгод мира и экономического развития. Отдельно отмечается, что сохранение Пашиняна у власти и получение мандата на референдуме по конституционной реформе усилили бы импульс к реализации американской повестки на Южном Кавказе.
Материал предлагает для США более инклюзивную линию: учитывать интересы всех стран Южного Кавказа и соседей, снижать конфликтность восприятия TRIPP и работать с тревогами внешних игроков через диалог. При этом стратегический ориентир в тексте сохраняется, поскольку TRIPP рассматривается как инструмент глубокой трансформации региона. При этом коммуникация с Россией и Ираном описывается как способ управлять рисками сопротивления и эскалации.
#армения#сша#россия#tripp
📱Сектор гор. Подписаться
Коридор под контролем: как “Trump Rotası” сулит Турции выгоду и зависимость
В турецкой аналитике, посвящённой соглашению по Зангезурскому коридору, всё чаще звучит двойственный мотив. Проект открывает перед Турцией серьёзные экономические перспективы, но одновременно несёт риск утраты части автономии в принятии решений из-за доминирующего участия США.
С одной стороны, Анкара получает прямой сухопутный маршрут к Азербайджану через Нахичевань и юг Армении (Сюникская область), что укрепляет транспортные и торговые связи с «тюркским миром», расширяет логистические возможности и превращает Турцию в ключевое звено нового транзитного коридора. Экономические выгоды очевидны — рост грузопотока, новые инфраструктурные проекты, усиление роли страны в Евразии.
С другой стороны, турецкие аналитики, включая авторов Medyagunlugu, Stratejik Ortak и Politika Akademisi, предупреждают: эксплуатация коридора и ключевой инфраструктуры закрепляется за американскими консорциумами, что даёт Вашингтону реальный контроль над транспортными потоками, данными и даже режимом доступа. В публикации Medyagunlugu прямо говорится, что проект превращается в «Pentagon’un yeni gözetleme hattı» — «новую линию наблюдения Пентагона», а значит, «kontrol bizde değil, Washington’da olacak» — «контроль будет не у нас, а в Вашингтоне».
В материалах Stratejik Ortak звучит ещё более жёсткая оценка: «Kriz anında Türkiye’nin koridor kullanımı Washington’un iznine bağlı olabilir» — «В кризисной ситуации использование коридора Турцией может зависеть от разрешения Вашингтона». Авторы подчеркивают, что в таком случае «ekonomik kazançlarımız bir anda baskı aracına dönüşebilir» — «наши экономические выгоды могут в один момент превратиться в инструмент давления».
Politika Akademisi обращает внимание на стратегический аспект: «Amerikan rolü, bölgesel kararların istikrarını Washington’a bağımlı kılar» — «американская роль делает устойчивость региональных решений зависимой от Вашингтона». Для Турции это означает, что любые политические шаги на Южном Кавказе могут требовать учёта позиции США, даже если она противоречит национальным интересам Анкары.
Турция оказывается перед стратегической дилеммой: принять частичную зависимость от американского контроля в обмен на экономические дивиденды или добиваться юридических и операционных гарантий, которые позволят сохранить самостоятельность. Среди предлагаемых в экспертной среде мер — долевое участие турецких структур в управлении, закреплённые в договорах механизмы экстренного доступа и международный надзор, исключающий возможность блокировки по политическим мотивам.
В итоге Зангезурский, а теперь уже «Trump Rotası» (такое название уже закрепилось в турецком дискурсе), коридор для Анкары — это не только логистическая артерия, но и проверка способности отстаивать собственные интересы в условиях, когда региональная интеграция переплетается с глобальной геополитикой, а экономическая выгода может в любой момент оказаться под замком чужих решений.
Для Турции все только начинается. Обратите внимание на то, что рукопожатие Эрдогана и Трампа на фотографии от марта 2025 года говорит: «Ты вкладываешь в мою руку весь контроль».
С турецкими источникамиразбиралась Евгения Горюшина, руководитель сектора кавказских исследований ИКСА РАН, кандидат полит. наук, @inmemorych
Фото: Azernews
#сша#зангезур#турция#внешняя_аналитика_о_кавказе
📱Сектор гор. Подписаться
Вчера по итогам переговоров между главой МИД Армении Араратом Мирзояном и госсекретарем США Марком Рубио был опубликован документ«TRIPP Implementation Framework», в котором появилась конкретика относительно будущего маршрута.
«Сектор гор» выделяет основные детали:
❤️Армения и США договорились о создании совместной «TRIPP Development Company» для реализации так называемого «Маршрута Трампа». Компания получит эксклюзивные права на разработку и эксплуатацию инфраструктуры.
❤️Управление и права на развитие маршрута закрепляются за компанией сроком на 49 лет: 74% акций получает американская сторона, 26% - Армения, с возможностью пересмотра долей в будущем.
❤️Создается операционная модель «front office - back office». Front-office будет отвечать за технические вопросы логистического коридора, back-office - за принятие решений.
В публичной риторике TRIPP подается как шаг к миру на Южном Кавказе и инструмент экономического развития. Однако за рамками официальных формулировок проект имеет более широкий региональный контекст.
Показательно, что одновременно с обнародованием деталей TRIPP прозвучало заявление иранского посла в Ереване. Он заявил, что в Тегеране формируется восприятие Армении как центра активности сил, недружественных Ирану.
Таким образом, TRIPP неизбежно затрагивает интересы сразу нескольких внешних акторов.
🇮🇷Для Ирана - это вопрос безопасности и контроля над коммуникациями в непосредственной близости от его границ.
🇷🇺Для России - фактор трансформации традиционных транспортно-логистических конфигураций на Южном Кавказе и появления альтернативной архитектуры управления транзитом.
🇨🇳Для Китая - потенциальная конкуренция с существующими и планируемыми сухопутными маршрутами, встроенными в логику «Пояса и пути».
В сухом остатке TRIPP превращает Армению в узловую точку пересечения интересов крупных региональных и внерегиональных игроков. Именно это, а не декларации о развитии, формирует основное содержание и главные риски проекта.
#армения#tripp#азербайджан
📱Сектор гор. Подписаться
Первыми, кто станет жертвами ядерного шантажа со стороны президента Украины Зеленского в случае появления у республики ядерного оружия, будут страны Западной Европы, - заявила Захарова.
В смысле, в случае появления? МИД в маразм стал впадать? Появление ядерного оружия у Украины вообще в принципе не должно быть возможно, даже на словах.
Необходимо предпринять для этого любые усилия, в том числе экстраординарные.
Причем тут вообще Западная Европа, когда ядерное оружие на Украине - угроза жизни миллионам жителей России.
Ядерное оружие у Украины может появится только в случае присоединения к России.
Вот так должен отвечать МИД России, а не вот это все.
#Захарова#МИД#Украина
ЖИВОВЪ | ЖИВОВЪ В МАХ