Post #1539

Система, которую аятолла Хомейни выстроил в Иране, изначально создавалась как крепость, где народное настроение, столь переменчивое и обманчивое, никогда не могло бы стать решающей силой. Поэтому избранные президент и меджлис оказались зажаты в тиски. Над ними возвышается рахбар, а рядом - консервативная судебная машина, готовая в любой момент обрубить слишком смелые порывы. Армию, унаследованную от шахского режима, Хомейни тоже не жаловал доверием, слишком много в ней оставалось офицеров со старыми монархическими симпатиями, и потому параллельно вырастил куда более мощный и идеологически заряженный кулак: Корпус стражей исламской революции, а заодно и басидж - военизированное ополчение, пропитанное той же верностью линии. Сегодня есть президент Пезешкиан, которого к выборам пустили лишь потому, что настоящих реформаторов вычистили, консервативный парламент, едва ли не ждущий повода объявить его некомпетентным (прецедент 1981 года жив в памяти), суровая судебная вертикаль, армия, политически приглушённая, и, напротив, КСИР, перенасыщенный деньгами, оружием и влиянием, особенно теперь, когда новый рахбар Моджтаба Хаменеи вышел из тени отца с явной поддержкой именно этой структуры. Стоило Пезешкиану дрогнуть и публично пообещать соседям больше не бить по ним (да ещё и извиниться), как его моментально одёрнули и стражи революции, и парламентские ястребы. После чего президент быстро перешёл на общий консенсусный тон, говоря, что США должны признать «законные права» Ирана (ядерную программу), выплатить репарации и дать железные гарантии от новой агрессии. КСИР, будучи силой идеологической, а не просто регулярной, мыслит категориями тотальной войны: пусть уничтожат девяносто процентов пусковых установок - оставшиеся всё равно ужалят, пусть потопят основные корабли - «москитный флот» и асимметричные средства продолжат жалить. По сути, это партизанская логика затяжного сопротивления, рассчитанная на то, чтобы дотянуть хотя бы до ноября, когда у Трампа промежуточные выборы, а американцы начнут злиться на цены у заправок. Трамп, судя по его заявлениям, первоначально делал ставку на раскол внутри иранской элиты, на поражение именно проксиров КСИР, проигравших (как ему казалось) президентскую гонку 2024-го. Однако реальная власть в Иране давно живёт отдельно от выборов, и теперь, похоже, запасной план, внутреннее восстание, подогреваемое ударами по полицейским участкам, блокпостам и силовикам в Тегеране, хотя Вашингтон пока не имеет опыта успешной «революции извне», идущей рука об руку с открытой войной. Режим по-прежнему официально теократичен, но КСИР с его прагматичным милитаризмом всё сильнее отодвигает в сторону чистых хранителей духовного наследия Хомейни, но в долгосрочной перспективе пути могут разойтись. Хотя, религиозные центры Кума переживали шахов, революции и войны, а КСИР существует всего несколько десятилетий.