Post #158

ПОЧЕМУ РЕАБИЛИТАЦИЯ НУЖНА ДАЖЕ ПРИ УХУДШЕНИИ СОСТОЯНИЯ. Часть 1 Во время реабилитации у пациентов нередко возникают осложнения или откаты назад, со стороны может показаться, что нет никакого движения вперед и продолжать занятия бессмысленно. Но это не так. Вместе с врачами клиники «Три сестры» посмотрим, почему иногда несмотря на отсутствие видимого результата и риск осложнений, нужно продолжать реабилитацию. Материал мы опубликуем в четырёх частях. 🔵 Мы сняли белые халаты 36-летняя Вероника поступила в клинику в тяжелом состоянии после клинической смерти. Она была сильно истощена, постоянно скрипела зубами, говорила невпопад бессмысленные фразы и не подпускала к себе врачей». «Поражение мозга после клинической смерти – это одно из самых тяжелых состояний, с которыми мы работаем, – говорит Дмитрий Сумин. – Клетки погибают практически по всему мозгу, происходят серьезные когнитивные нарушения. Вероника никого к себе не подпускала, если к ней кто-то прикасался, она начинала кричать. Работать было невозможно. Она навязчиво повторяла одни и те же слова: “Я не знаю, я не знаю”. Мы не могли с ней общаться. Картина была жуткая». До клинической смерти у Вероники было гнойное заболевание почек. Несмотря на медикаментозное лечение и удаление гноя, воспаление продолжало нарастать, одну из почек пришлось удалить полностью. Во время операции у Вероники произошла сильнейшая аллергическая реакция на лекарственный препарат, и на фоне анафилактического шока она впала в кому. Со слов матери, в состоянии клинической смерти ее дочь находилась около получаса. «Гнойные процессы в жировой ткани вокруг почек неуправляемые и очень тяжелые, – говорит Дмитрий Сумин. – Нередко все начинается с инфекций мочевых путей и проблем с оттоком мочи. Если вовремя не предпринять меры, то воспаление поднимается и в почки, где микроорганизмы попадают в благоприятную среду, и остановить воспалительный процесс уже очень сложно». Благодаря антибиотикам к началу реабилитации инфекцию удалось вылечить. Так как Вероника была очень зависима от своей мамы и не могла ничего делать без ее помощи, основной целью реабилитологов стало вовлечение женщины в повседневную жизнь. Но прежде чем приступить к занятиям, пришлось проделать большую подготовительную работу. «Мы постарались обеспечить Веронике максимально комфортные условия, – говорит Дмитрий Сумин. – Так как в новой обстановке она зажималась настолько сильно, что не могла расслабить мышцы, долгое время мы занимались в палате, а не в зале физической терапии. Также мы старались не менять специалистов и не носить белые халаты, которые вызывали у нее неприятные ассоциации. Вероника постоянно держала руки прижатыми к себе, но в какой-то момент с большим интересом начала ощупывать лица специалистов. Это стало одним из ритуалов перед началом занятий». Постепенно Вероника сопротивлялась все меньше и меньше. Реабилитологи старались не акцентировать внимание на моментах, которые не получались, и, наоборот, задерживались в положениях, которые были для нее комфортными. К концу курса специалисты планировали научить Веронику расчесывать волосы с сопроводительными движениями, говорить больше слов, участвовать в приеме пищи, поворотах и пересадке в кровать. «Так как у Вероники были поражены когнитивные функции, она не понимала команды и действовала по наитию, – говорит Дмитрий Сумин. – Нам приходилось специально создавать условия, в которых она невольно или самопроизвольно начинала делать то, что было нужно для ее восстановления». Чтобы Вероника немного расслабляла руки и удерживала равновесие, физические терапевты укладывали Веронику на фитбол и слегка раскачивали ее. Также давали подготовку через теплолечение, которое способствовало расслаблению мышц. Но в целом работа проходила тяжело.