Post #241

<ПздЦР> #133 Молодость безобразно затянулась. Желая жить долго и умереть молодым, как Цой, мы носим маски и не прививаемся, ну а привившись, не носим маски. Глупость безобразно затянулась. Когда медсестра-ПЦР своими щупальцами сквозь мои ноздри почесала мне глаза изнутри, я понял - пора оформлять завещание. По дурацкой привычке ищу положительное во всём, как Конфуций свою чёрную кошку в тёмной комнате. А в "положительном анализе ПЦР" найти положительное нетрудно. Оно там выделено толстым красным шрифтом. Когда тебе 40 - не лет, а градусов, - а снаружи 30, то солнце уже не вокруг, а внутри тебя. Да и сам ты уже солнце. Только не осознаешь это. Бредешь где-то в потустороннем и не помнишь, как доча приносила воду, трогала лоб, вздыхала тяжко и, немного посидев, уходила. Врач, сделав укол, спросил про мою профессию. - Инженер, - простонал я. - Не бойтесь, этот вирус в первую очередь забирает творческих людей, они в группе риска, - успокоил он меня. Ведь и вправду после Жванецкого невозможно писать иронично. После Славы Сэ трудно писать весело. После Аллы Лесковой не получится трогательно. И кого теперь читать? А как писать? Как-то в переписке со мной Алла Львовна призналась, что тексты мои, кажется, неплохие, но что-то меня всё же сдерживает и не дают раскрыться полностью: - Обнажитесь и отдайтесь тексту, - совращала она меня. Наверно, всё-таки я - инженер. На витрине соседнего магазина висит надпись: "Часы, телефоны, ноутбуки в кредит". Вот от "часов в кредит" я бы сейчас не отказался. А ещё лучше если годы в кредит, чтобы от покоя приёмного не перейти в вечный. "Ну и куда собрался? - говорит папа. - Опять сбегаешь от ответственности?" Пока думал, что ответить, кто-то шлёпнул мне по лбу маленькой холодной ручкой: "Папа, проснись, выпей воды".