Post #92

«Барт пишет: "Нет такого объекта, который бы поддерживал постоянные отношения с удовольствием. Тем не менее, для писателя такой объект существует: это родной материнский язык". Но как быть, если материнский язык остановился в развитии? Что, если этот язык не только олицетворяет пустоту, но и сам является пустотой; что, если его вырезали? Может ли человек наслаждаться потерей, не теряя себя целиком? Я говорю на том вьетнамском, которому меня научила ты; мой синтаксис и дикция на уровне второклассника. Ты была совсем маленькой, когда у тебя на глазах во время авиаудара рухнуло здание школы — американцы сбросили напалмовую бомбу. Тебе было пять, и с тех пор ты никогда не заходила в школьный класс. Значит, никакой у нас с тобой не материнский язык, а сиротский. Вьетнамский, на котором мы говорим, — это капсула времени; отметка о том, когда твое образование закончилось и превратилось в пыль. Мам, говорить на нашем родном языке значит лишь отчасти говорить на вьетнамском, но в большей степени — на языке войны». Лишь краткий миг земной мы все прекрасны, Оушен Вуонг (2019) #книга