Post #226

Ацтлан был мрачной деспотией, где правила жестокая и безнравственная элита. «S. N. U. F. F.» Пока почтеннейшая публика, затаив дыхание, следит за скорой блокировкой Телеги, в мире происходят вещи по-настоящему скучные, в рамках Мексики разумеется, а значит, действительно важные, поскольку всё интересное и яркое, как известно лишь театральная постановка. Давайте на несколько минут забудем про телеграммы, мысленно закроем это окошко в мир иллюзий и посмотрим на карту: чуть ниже «сияющего града на холме» находится территория, которую по недоразумению называют «государством Мексика». Нам говорят: «В Мексике нарковойна, плохие латинские парни с татуировками режут друг друга за рынки сбыта кокаина». Друзья мои, нужно понять, что «плохие латинские парни с татуировками» не могут организовать даже логистику по доставке пиццы на соседнюю улицу без посторонней помощи. Здесь мы видим сложнейшую многолетнюю операцию с оборотом в сотни миллиардов долларов, использованием подводных лодок, спутниковой связи и, по слухам, даже ядерными бомбами; но что самое главное с полным параличом государственных институтов при формальном сохранении всех демократических процедур. Это уже давно не «преступность». Это особая технология управления. Чтобы понять, что происходит в Мексике сегодня, нужно сделать шаг назад. Даже не назад, а в сторону. Как устроено нормальное, «взрослое» государство? Это монополия на насилие. Если на вашей территории кто-то начинает палить из золотых автоматов и развешивать конкурентов на мостах, а вы при этом называетесь «президентом», вы либо сумасшедший, либо... марионетка. Мексика являет собой уникальный эксперимент по созданию «контролируемого ада» под боком у главного мирового гегемона. Давайте вспомним, чья это была колония? Испании, а с определенного момента (скажем, после Трафальгара, хотя процесс начался раньше) она стала своего рода «прокси-фермой» для более серьезных игроков. Англичане и французы столетиями вычищали из испанского наследства всё жизнеспособное. Мексика получила «независимость» тогда, когда это стало выгодно серьезным людям. И независимость эта была специфическая. Это была свобода быть съеденным. Сначала у нее отрезали добрую половину территории, а потом превратили в то, чем она является сейчас: в гигантский «отстойник» и «испытательный полигон». Давайте размотаем этот шахматный клубок, где фигуры двигаются не из Мехико, а из Лондона, Ватикана и замков остатков европейской аристократии.