Post #831

Анатолий Смелянский Писать про Александра Ширвиндта сложно. В сущности, он не оставил нам места для портретирования. Проживая долгую жизнь, успел все рассказать сам: какой он заядлый рыбак, педагог и деятель театра. Признался, что половые и национальные признаки с годами как-то рассосались. Догадался, что после 75-ти ничего не надо менять. В конце концов придумал своей мемуарной книге шокирующее название «Опережая некролог». Фраза стала сразу же всероссийским мемом. Своими подземными корнями он связан, конечно, с когортой людей, близких ему по вольному духу и дарованию. В его бархатном голосе отзвуки текстов Жванецкого, Гриши Горина, Марка Захарова. В его извечной маске шармера, в его печально-выразительных глазах, в его виртуозном многолетнем дуэте с Михаилом Державиным открылась скрытая душа комедианта. В глухоте застоя Гриша Горин написал финальный монолог своему барону Мюнхгаузену: «Я понял, в чём ваша беда. Вы слишком серьёзны. Умное лицо еще не признак ума, господа. Все глупости на земле делаются именно с этим выражением лица... Улыбайтесь, господа... Улыбайтесь...» Сам Александр Анатольевич практически не улыбался. С покерным лицом завзятого картежника бесстрастно произносил ослепительные вещи. Сам не улыбался, но заставлял любого человека, говорящего по-русски, рассмеяться и даже поумнеть. С этим печально-снисходительным лицом он всматривался в вечность. Готов обсуждать детали. Некролога он не испортил. ИСТОЧНИК