Post #1746

Распутин: призревший василиска и скорпиона Был такой рисунок эпохи народничества: идёт за плугом мужик-кормилец, а следом за ним въяривают в дикий пляс царь, поп, кулак, купец, генерал, учёный и нищий. Причём генерал, учёный и нищий, по мнению автора рисунка, находились в этом кордебалете где-то рядышком — как и царь с попом и кулак с купцом. И назывался рисуночек — «Один с сошкой — семеро с ложкой!» — «Вот проснётся сила народная, — мечтали “ходящие в народ” интеллигенты. — Вот прогонит она всех мучителей царских, истязателей русского мужика!» «А там наступит райское блаженство и общество всеобщего потребления!» — так и хочется добавить к этим бесплотным мечтаниям земских статистиков, несостоявшихся протодьяконов, а также народных учителей и недоучившихся студентов наподобие Родиона Раскольникова. А ведь бояться им надо было этого пахаря, и ох как бояться. А то ведь придёт этот ваш пахарь — и все вы завоете, а не запляшете. Кругом трусость, ложь и предательство Самым неприятным событием в истории последних Романовых была смерть старшего сына Александра Второго — цесаревича Николая. Старший из внуков Николая Павловича, по общему мнению — самый красивый принц Европы, 21-летний Никса должен был вскоре жениться на симпатичной принцесске Дагмаре Датской. Ей было 16 лет. Но — увы! — 12 апреля 1865 года он скончался в Ницце от гнойного менингита позвоночника. Интересный был парень и неглупый. Судя по его письмам, из него мог бы получиться интересный журналист или даже писатель-сатирик. А сатирики в то время были в моде. После Гоголя кто только не писал у нас сатиры на тему плохого устройства «земли русской». Вот и Никса тоже мог бы. Но не судьба. Смерть Никса освободила дорогу к власти второму из сыновей Царя-Освободителя (известному под прозвищем Саша-Медведь), а заодно и его среднему сыну по имени Николай (тут имел место странный повтор ситуации: старший сын царя Александра Третьего, Георгий, тоже скончался). А мамой нового наследника престола Николая Александровича стала всё та же принцесска Дагмара из Дании — ну, не должно добру пропадать, правда ведь? А с другой стороны: кто её замуж-то возьмёт, раз она буквально вдова невенчанная?! Сами-то подумайте... Да и девушка была хорошая! Именно от неё Николаю Второму и передалось те качества, за которое его станут называть «интеллигентом на престоле» — прежде всего демократизм и доброжелательность. Ну, простой он был человек, простой и незлобивый. Но и тот факт, что волей гнойного менингита императором стал именно он, а не кто-то другой из большого семейства, тоже чем-то неприятным ему не виделся. В конце концов, его ведь тоже с самого начала в цари не прочили, поскольку царём должен был стать его старший брат Георгий, тоже рано призванный в лучший из миров. Да мало ли волей чего мы тут правим Россией, правильно?! Да у нас в Зимнем дворце и не такое бывало, — например, в веке «осемнадцатом»! Вон, в той же Австро-Венгерии с принцами Габсбургами, которых была толпа под сто с лишним человек, вообще никто не считается — император Франц-Иосиф держал власть единолично (на пару с любовницей Екатериной Шраат, по профессии — акушеркой), а с некоторыми из родственников он даже и знаком толком не был. Иной раз, увидав очередного принца в золочёном мундире, этот весьма и весьма пожилой император прямо так и спрашивает: «Это хто такой?» — А мы в России… ну, будем считать, что нам ещё немножко повезло. Мы тут в принцах, как в сору, не копаемся.