Post #2074

Осенний декрет 1935-го: как первый звонок прозвучал на всю великую страну «Мы отстали на 50-100 лет. Мы должны пробежать это расстояние за 10 лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут». - Сталин, 1931 Утверждение, что постановление Совнаркома и ЦК ВКП(б) 1935 года определило единую дату начала учебного года — лишь верхушка айсберга. На самом деле это решение было не административной мелочью, а ключевым элементом грандиозного социально-инженерного проекта по созданию «нового человека» и унификации жизни огромной страны — СССР. Почему именно в 1935 году? Тут есть и философские причины… До 1935 года царил хаос, но то был «функциональный» хаос, унаследованный от аграрной России. В деревнях учеба часто начиналась после окончания генеральных полевых работ — в конце октября—ноябре, — а заканчивалась впритык к апрельскому севу. Наряду со взрослыми дети были важным производственным фактором в поле: приходилось напряжённо работать… В городах царила разноголосица: гимназии-школы могли открыть учебный год в августе, сентябре или даже октябре, в зависимости от устава заведения, их традиций. Такой разнобой катастрофически мешал развитию плановой экономики. Невозможно было точно подсчитать контингент учащихся, обеспечить все школы учебниками к одному сроку, концептуально отчитаться о Всеобуче. Это был кошмар для бюрократического аппарата, стремящегося к тотальному учёту и контролю: реальная угроза статистике. И да, как известно — 1935 год — пик «Большого скачка» СССР: завершена первая пятилетка, идёт вторая. Индустриализация чрезвычайно требовала грамотных рабочих-инженеров. В свою очередь, коллективизация уже «привязала» крестьян к земле, таким образом ослабив их личную зависимость от натурального цикла. Страна переходила от революционной романтики к жёсткой стандартизации. Единое время, единые нормы, единые планы — единая дата начала учёбы стала логичным элементом этой системы.