Post #2798

У жизни в разные периоды и почерк иной Партизанка Мария Макаёнок. Да, младшая сестра белорусского драматурга Андрея Егоровича Макаёнка (1920—1982), по-домашнему Мотя. Из архивных документов: «Мария Егоровна/Георгиевна Макаенок 1926 года рождения, д. Журавичи, Журавичский р-н, Гомельская область, БССР, белоруска, член ВЛКСМ с 1940 года. Образование общее 7 классов. В партизанском отряде с 15 сентября 1942 г. по 22 февраля 1944 г. Боец. Отряд Бархозова, бригада Федяченко действовала в Быховском районе Могилевской области»... Жила-была девочка, девушка в красивом месте под названием Журавичи, рядом течёт речушка Гутлянка или, по-местному, Болотнянка. Девушка училась, мечтала — о чём: — мы уже никогда не узнаем. В семье четыре брата и одна дочь, любимица отца. Росла вместе со старшими братьями, для младших рассудительная Мотя была авторитетом во всём. Рано научилась плавать, рыбачить, ловко вытаскивала из норок недалеко от берега раков, чистила рыбу, варила уху. Увяжется из дома за братьями в ночное, сестру не отогнать, ночью сидит у костра, смотрит на угасающее горячее пламя, слушает братьев, а сама не уснёт. Над головой в июне звёзды светят по-особенному ярко, завораживают, притягивают человека своей обманчивой близостью, словно короткий сладкий сон. Началась война, от неё никуда не спрятаться, у мамы тревожные глаза, лицо осунулось, постарело, отец молчит, в хате тихо, один маленький Лёня-несмышлёныш смеётся или громко плачет, ему не объяснишь, почему взрослые молчат. Какая была в жизни Мария Макаёнок мы уже не узнаем, не сохранилось даже одной фотографии, есть короткие воспоминания племянников, которые не застали её в живых. О семье своей бабушки Мелании Михайловны Макаёнок (1896—1975) мне рассказала дочь писателя Алла Андреевна. Всего детей было пятеро: старший Андрей 1920 года рождения, за ним Иван, Мария, Николай. Самый младший сын Леонид родился в 1941 году. Получается, что самый младший Лёня родился перед самой войной, этот факт многое меняет. Сегодня трудно представить, как женщина решилась уйти в партизаны с маленьким ребёнком. Но и в деревне стало оставаться опасно, предупредили добрые люди. Первыми в списки новой немецкой власти под расстрел попадали советские активисты и их семьи, сотрудники партийно-комсомольского аппарата.