Post #17887

Что такое советский мужчина? Видимо, я дожила до сорока пяти лет, до неимоверных разочарований в людях, чтобы понять. У меня нет детских травм. Даже стыдно. Я росла в идеальной семье. Отец оставил меня в 9 месяцев, мать мной не занималась никогда, воспринимаясь как не намного старшая сестра разгульного поведения, которая вскоре съехала. От года до сорока лет со мной были дедушка и бабушка. И они были примером абсолютной любви. Это реально. Перед смертью (смерть наступила в 11.00) от трёх до восьми утра бабушка держала его в обьятиях. Когда мы закрыли ей глаза (оба, я и он, не пряталась от агонии, не слабаки), дедушка носил её по хоспису, туда-сюда, приговаривая: "Маленькая моя, маленькая моя, я же всё сделал? Больше же ничего тебе не помогло, ай, моя маленькая!" Дедушка никогда не стеснялся, что он служит бабушке, как богине, подобно западному рыцарю. При этом, поскольку он воевал в боевых точках и получил высокое звание, никто не сомневался в его, как говорится, евразийской духоскрепности. Он стрелял, он прыгал с парашюта, он делал боевые операции, он мотался по самым горячим местам СССР, он сносил боли от облучения на четвертом реакторе. На его похоронах были генералы и высшие чиновники. На гробе лежали ордена. Звучали залпы. Даже нацисты опустили головы перед этой доблестью. СССР - чудо. Никто не делил нас на Европу и Азию нас. Мужчины не стеснялись, подобно готическим рыцарям, любить женщину и оставаться при этом сильными традиционными мужчинами. Дедушка бы смеялся, если бы кто-то ему сказал, что бороться за свою женщину - стыдно (точнее, он бы дал ему в морду: десять лет занятий боксом на фоне получения медицинского образования не прошли даром). Когда мой дед умирал, последнее, что он сделал: А. Сел в кресло в хосписе, за трое суток до смерти, нога за ногу. Подошёл полковник, его сослуживец. "Яковлевич (при мне спросил): здесь умрёшь или овощем, дома, мучая родных?" - "Здесь, я не стану клячей". Б. За пять минут до смерти рассказал скабрезный анекдот медсестре. В. За сутки до смерти, будучи всю жизнь атеистом и коммунистом, послал на три буквы американских протестантов-проповедников, сказав, что он - православный. Г. Когда его помещали умирать в палату в раковом хосписе, скупо проронил: "Рядом с палатой твоей бабушки, Жузик. Ну, Нелличка, я, - как ты". Д. Как выяснилось после судебного разбирательства, сдуру устроенного мной после рокового укола, дедушка вызывал ночью одного высшего военного чина и поручил ему свою эвтаназию. Помню, лет пять мне было: он в ответ на упрёки бабули об опасности алкоголя, говорил: "Неллюся, ты не волнуйся, я лежать не буду, я перережу себе горло". Герой Чернобыля УССР. Мужчина. Так что, "капли датского короля пейте, кавалеры", и думайте, почему вы так постыдно раскололись в девяностые на травматиков-духоскрепников, которые унижают женщин, и слабаков-либералов, которые перед ними заискивают (самое страшное, что, нередко, и это - трагедия миллениалов, - те и другие сочетаются в одном лице).