Post #18097

БЖ. Крик тишины Пока я жива, я буду говорить. Не важно, Третий ли это Рим, Второй Иерусалим. Говорить и любить, утонув в языке бездонном, Бога, Дурова, человека в погонах, Человека в дредах, Победу, Литтовскую Мадонну, Литовские шпили, озеро Хепоярви, Луганскую степь. Говорить ярко, Во все ямбы. Во все ямы, во всю широту креста, Раскинутого, как ветки для князя Игоря, На две половины, Говорить, не закрывая поганого рта, Пахнущего терминологией и парами винными, Говорить, чтобы в язык мой втыкали иглы, Чтобы прозрел Лонгин, прободивший ребро Христа. Так слепые щенки тычутся в рёбра суки. Так в разлуке деревья ломают руки. Так смыкаются реки, текут веки, Выпадают на снег молитвы о человеке. Так бабушка, потерявшаяся в аптеке, Превращается в девушку и танцует на дискотеке, Обнимая парня за шею от сча-сти-я... Так буду говорить - я. И никто никогда не сможет меня убить, Потому что я уже умерла, Пока вырастала в сорных местах сныть, Пока над Софией плыли колокола, Пока солдаты любой страны стояли в строю, Пока сотрясали Сорбонну Годар с Бадью, Пока бадью вынимала матушка из колодца, Кололась розами куртизанка, и мчали звёзды, Бьясь о притолоку зари, - Я буду говорить. Чем сильней меня глушат, тем громче стих. Простите, мёртвые души, паны присяжные. Магмой и сажей, даром и кражей, обретением и пропажей Стих существует, будто огонь в горсти, Чтобы обжечь социум, Чтобы взошло солнце, Чтобы тянулись к нему сосны На прибалтийской опушке Около русской пушки, Во имя молчащей лиры, Во имя войны и мира, Во имя избы и во имя замка, Ибо то лишь свято, что несказанно, Но обрело крик... Вот поэтому я буду - говорить. 18 февраля 2026 г.