Post #18220

У образованных интеллигентных мужчин сегодня наблюдается сбой системы «свой-чужой», который ведёт к логике предательства. И это предательство не просто не вызывает тяжёлых чувств, как в классической картине, оно ещё и сопровождается ощущением, что я прав, я молодец, я делаю непростую, но важную работу, связанную с личностным ростом, с преодолением в себе тёмных сторон и т.д. Я думаю, это одно из последствий захвата мужчины женским дискурсом. Женская речь более оппортунистическая по природе (если говорить этически заряженно, «женщины более подлые», ставлю тут кавычки, чтобы было понятно, что это не моральное суждение, а попытка указать на сущностную составляющую в этом сексистском высказывании). Женщине, грубо говоря, при любой власти надо детей растить — поэтому она умеет принимать ситуацию. Женщина входит в непримиримость только если увидит угрозу самой жизни её потомства — но тогда уж она непримирима до смерти. Но природа не знала, что уничтожение может прийти не как палач, а как торговец, что вымирание наших потомков может произойти не в виде прямого уничтожения — а в том, например, что их просто не будет, потому что нам так комфортнее. Распознать этот уровень угрозы женское сознание не приспособлено, тут нужна мужская параноидальность. Но она вытеснена вместе с мужским дискурсом как токсичная и перестаёт быть частью нормативной мужественности. Так женское в цивилизации становится троянским конём, через который входит истребление — через психологизирующий либеральный нарратив, например.