Post #18437

Как я проснулась с Джоном Донном в голове и потом узнала об этом. Что было в этот день в литературе, друзья? Меня это терзало, и я заглянула в исторический календарь. А было вот такое: 7 марта 1963 года Иосиф Бродский закончил «Большую Элегию Джону Донну» - стихотворение в память об английском поэте 17 века. В элегии, в частности, через длинные перечисления существительных, однородных подлежащих, даётся абсолютно плоская онтология, метафизика живого присутствия предметов и стихий, дикое перечисление всех вещей сразу, низших и высших, из множества кинематографически зримых, математически неисчислимых, выпуклых нагромождений которых выбрасывается наружу, выпрастывается... ... одинокий голос... Тире. Троеточие. Весь поэт - на одном тире (МЦ). Это - одновременно мистерия и распятие, множественность и единственность, эпос и драма, Дионисия и Литургия. Одновременно, понимаете? Не только - панорама, как в восточном эпосе, и не только - личность, как в западной драме. А - то и то. Так может - только поэзия, она объединяет в себе всё, и Восток, и Запад, и плоскость, и высоту, и Бога, и человека, и мир. Это и есть ноль: точка пересечения земли и неба. Я не знала, что 7 марта было завершено одно из высоко ценимых Анной Ахматовых произведений, но встала с этим настроением в голове, видит Бог: о том же писались мои стихи сегодня. Это какая-то мистика, ноосфера. Советую перечитать элегию, она - божественна: https://www.culture.ru/poems/30624/bolshaya-elegiya-dzhonu-donnu А здесь размещу стихотворение Иосифа Бродского более короткого размера, но не менее замечательное: Неужели не я, освещенный тремя фонарями, Столько лет в темноте по осколкам бежал пустырями, И сиянье небес у подъемного крана клубилось? Неужели не я? Что-то здесь навсегда изменилось. Кто-то новый царит, безымянный, прекрасный, всесильный. Над отчизной горит, разливается свет темно-синий, А в глазах у борзых мельтешат фонари - по цветочку, Кто-то вечно идет возле новых домов в одиночку. Значит, нету разлук, значит, зря мы просили прощенья У своих мертвецов. Значит, нет для зимы возвращенья. Остается одно: по земле проходить бестревожно. Невозможно отстать. Обгонять - только это возможно Поздравляю себя с этой ранней находкой, с тобою, Поздравляю себя с удивительно горькой судьбою, С этой вечной рекой, с этим небом в прекрасных осинах, С описаньем утрат за безмолвной толпой магазинов. Слава Богу, чужой. Никого я здесь не обвиняю. Никого не узнать. Я иду, тороплюсь, обгоняю. Как легко мне теперь, оттого, что ни с кем не расстался. Слава Богу, что я на земле без отчизны остался. Не жилец этих мест, не мертвец, а какой-то посредник, Совершенно один, ты кричишь о себе напоследок: Никого не узнал, обознался, забыл, обманулся, Слава Богу, зима. Значит, я никуда не вернулся. Фото: И. Бродский на лекции. Так он читал лекции. Наверное, духоскрипным пора снова осудить его, уже мертвого за неприличную позу 😀.