Post #18518

И снова у меня на странице - прекрасные чужие стихи. Случайно попалось потрясающее стихотворение Анны Долгаревой. Позволю себе кантианское суждение вкуса об этом стихотворении. Оно великолепно и по духу, и по структуре. Давно не читала стихотворения Анны Петровны по причине самоповтора в её творчестве мотива хтонической сентиментальной боевитости, которая стала ее навязчивым призывом, играющим на травмах солдат (это - мое сугубо личное мнение: Долгареву я все равно считаю гением, - да и она больше нравится Олегу Черняеву, чем я, но личное суждение вкуса, если верить "Критике способности суждения" - неотчуждаемо, интимно и относительно). Но, вот, попалось это ее стихотворение, и я имею право на высокую его оценку. Когда я говорю, что я имею право на эстетическое одобрение, я всего лишь подчёркиваю, что я, бывший "поэт майдана", то есть, генетически существо маргинальное и неполноценное, имею скромное право хотя бы справедливо хвалить обласканных, признанных поэтов Z, с учётом всей своей расовой, биографической и прочей неполноценности, которую принято признавать в данном дискурсе избранных в качестве исходного тезиса суждения обо мне. Итак, текст прекрасен. Он - о любви, а не о войне. Анна - гений. *** не буду никого из вас любить военные, бойцы и офицеры, не привяжусь я ни к кому из вас - и больше никого не хоронить (сейчас внезапная автоцитата из года, кажется, двадцать второго), уже тогда прощаться я устала, уже тогда я больше не могла. храни тебя Господь, а я не буду, я буду строить быт и покупать посуду, я буду кушать магний и омегу. кто там лежит под грязным мокрым снегом, кто там в килл-зоне, в серой полосе, кого мне провожать? да всех. да всех. нет, лучше пошлость тылового быта, чем те, кто не забыты и забыты, чем не прощать и все-таки прощаться, нет, лучше не любить, какое счастье вообще не полюбить, не потерять. я не сестра тебе. ты мне не брат. мне кажется, я все разъяла сердце и ни кусочка больше не осталось. весенний месяц светит, грязь под берцем, и цвета теста рыхлая усталость, и бледные лежат остатки снега, и черные останки человека, и небосвод затянут дымкой пегой. я не хочу жить в двадцать первом веке. Анна Долгарева | Стихи В свою очередь, хочу сказать, что я больше не пишу лирику СВО: это был только один этап моего творчества, после цветаевского, хиппианского, больничного, заукраинского, древнерусского киевского диссидентского и пражского, европейского. Я сейчас перехожу к Эросу и теме гражданского мужества тихого протеста. Это - мне ближе, я рада обретению полной самотождественности. Признание официоза меня не интересует, как и признание близких. Стихам Анны - браво. В СССР тоже были поздняя заумная Цветаева и вечная ясная Ахматова, но я не повесилась, хотя меня всячески склоняли. И те, и эти. Просто стало - без-раз-лич-но, как Мерсо из "Постороннего". Камю мне сейчас ближе всего. Во мне ничего не шевелится в ответ. Наверное, такой цинизм плох, но я же не родилась такой). Кстати, если и есть в этой стране человек, который вернул мне меня, у этого парня есть имя... Антон Кобец. И завтра я с ним буду стоять на этой Елабужской Голгофе для Трикстеров и Бродских.