Post #18759

Антигона versus Медея: выхода нет Не жилец этих мест, не мертвец, а какой-то посредник, совершенно один, ты кричишь о себе напоследок. Иосиф Бродский Сегодня на лекции (я обожаю мастеринги по философии с магистрами: парни, которым я читаю, уже состоялись как мыслители) я робко попробовала развить дальше свой метод сравнения Медеи и Антигоны. Завершу здесь. Антигона, по большому счету, - существо недалёкое, друзья, хотя около четырех философских лет она служила для меня образцом. Ещё бы: эта упрямая, волевая, возомнившая себя мужчиной сестра, эта женщина, дочь Эдипа, обремененного виной и страстями закомплексованного невротика (с папой не повезло), отдавшая свою жизнь ради любимого (брата) и верившая а то, что дядя, царь Креонт ее услышит, - занималась метафизическим сумасшествием. Антигона реально верила, что глас правды в городе политической прагматики будет услышан. Смешно же? Наивной античной Корделии из фиванского полиса не хватило ума понять, что не стоит отделять божественный закон от гражданского права: нет никакой разницы между самим законом Фив и его негодными носителями: правило "плох Ареопаг - хорош архонт", "добр Креонт - плоха знать", - не работает: система античной демократии прогнила вся, снизу до верха, народ Фив - не менее жесток, чем его дражайшая сецессия. Если бы Полиник был жив, - брат и возлюбленный Полиник, которого Антигона непременно хотела закопать, чтобы его тело не гнило на поле боя, - он бы сам предпочел бездарно гнить: исходя из тех же фантазмов фундаментального родового закона полиса. Потому ее долг и страсть не привели ни к чему, кроме работы Золушки по тщетному отделению гнилого зерна от ещё более гнилых плевел. Нет зерна и нет плевел: все срослось. Медея - менее глупа. Она вовремя поняла, что ни Ясона, ни Главку, ни Креонта, ни Коринф, ни не любовь - уже не спасти: все повязано круговой порукой ласкового предательства под видом фарисейства. Потому она уничтожила - сначала пошлый, несправедливый полисный закон (лицемерный брак Ясона с соперницей ради власти), а потом - собственное же тело (убийство детей - это суицид), поступив, как подлинная женщина: вместо того, чтобы умирать во имя негодной системы ценностей и негодного мужчины, который исповедует эту духовную энтропию, она отбирает у мужчины то, чего он больше всего хотел: власть, семейный уют и продолжение рода, его право на победу и его мужество (Ясон - жалок в своих претензиях, Медея слишком его превосходит в диалогах). Имеет место оппозиция одного и того же. Антигона - умирает ради высших ценностей (любовь, долг, предки). Медея, видя, что высшие ценности давно превратились в симулякры, уничтожает их самих. Антигона - это Медея, которая сказала "да". Медея - это Антигона, сказавшая "нет". Это одна и та же женщина. Ужас в том, что Медея - тоже глупа. Она не смогла понять, что радикальная зачистка старого мира не приведет к образованию нового, а приведет только к воспроизводству и перепродаже. Потому ни реформа внутри системы (Антигона), ни революция как подрыв всей системы (Медея) не работают. Антигона волей-неволей превращается в фигуру внутриполисного фанатика. Медея же - в фигуру купленного на деньги обоих Креонтов экстремиста. Антигону очень легко превратить в опричника. Медею - взорвать в небе на ее огненной колеснице или же положить в приют для душевнобольных выходцев из Колхиды. Вывод: не жить в античном мире, где нет выхода, жить во Христе.