Post #19113

Меня всегда в иконе интересовал сбой языка - нечто, проглядывюзее сквозь краску и линию, как сквозь слово в поэзии проглядывает пауза. Нечто вне репрезентации, вне нагромождения осязаемых вещей. Названные принудительными именами, вещи мстят. Вернуть вещам Вещь - вот Воскресение и, как мне кажется, скрытый смысл иконоборчества как радикального и жестокого жеста мужского духа против женской души. Это не оценивается, как не оценивается любое событие в истории. Оно просто есть.