Post #19206

Я бы хотела предоставить Вам рецензию на мое вчерашнее стихотворение о Марине Мнишек от моего коллеги по РХГА I Академия Достоевского, уважаемого профессора, доктора философских наук Дмитрия Масленникова. Вот что он пишет: "Гениально. Всё точно, каждое слово - в точку. Особенно - про младенца и проклятие. Удивительно, но мне приходил в голову какой-то образ, вроде спектакля, где бы были точно такие же слова. Вообще её образ - многослойный и важный. Но мало осмысленный. Только у Пушкина, кажется, в невключенной сцене. Марина Мнишек - один из системообразующих образов для понимания русской истории. У Бондарчука, кстати, в экранизации Годунова включена сцена про "алмазный мой венец". Интересная экранизация. И Кургинян ставил " Бориса Годунова " в перестройку. Как опыт осмысления и предупреждения, конечно". Дмитрий Владимирович даже сомневался, мои ли это стихи. Это - мои стихи. И для меня они - глубоко несовершенны, ибо я до конца переживаю образ, но переживаю в своей цветаевской оптике, которая может отличаться от той, которую исповедует Дмитрий. Также она отличается от той, которую исповедует мой коллега Олег Черняев, но без его исторических советов воссоздание того образа в современной поэзии было бы невозможно. Одного цикла Марины Цветаевой - при всей гениальности цикла - для 21 века в России маловато. Всем спасибо за работу и отзывы. Я напишу о ней другие, более эмоциональные и менее абстрактные вещи, мне нужно время и передышка в рефлексии. А пока - слово гению, Марине Ивановне Цветаевой. *** Быть голубкой его орлиной! Больше матери быть, — Мариной! Вестовым — часовым — гонцом — Знаменосцем — льстецом придворным! Серафимом и псом дозорным Охранять непокойный сон. Сальных карт захватив колоду, Ногу в стремя! — сквозь огнь и воду! Где верхом — где ползком — где вплавь! Тростником — ивняком — болотом, А где конь не берёт, — там лётом, Все ветра полонивши в плащ! Чёрным вихрем летя беззвучным, Не подругою быть — сподручным! Не единою быть — вторым! Близнецом — двойником — крестовым Стройным братом, огнём костровым, Ятаганом его кривым. Гул кремлёвских гостей незваных. Если имя твоё — Басманов, Отстранись. — Уступи любви! Распахнула платок нагрудный. — Руки настежь! — Чтоб в день свой судный Не в басмановской встал крови. *** Трём Самозванцам жена, Мнишка надменного дочь, Ты — гордецу своему Не родившая сына… В простоволосости сна В гулкий оконный пролёт Ты, гордецу своему Не махнувшая следом… На роковой площади От оплеух и плевков Ты, гордеца своего Не покрывшая телом… В маске дурацкой лежал, С дудкой кровавой во рту. — Ты, гордецу своему Не отёршая пота… — Своекорыстная кровь! — Проклята, проклята будь Ты — Лжедимитрию смогшая быть Лжемариной! *** — Сердце, измена! — Но не разлука! И воровскую смуглую руку К белым губам. Краткая встряска костей о плиты. — Гришка! — Димитрий! Цареубийцы! Псе́кровь холопья! И — повторённым прыжком — На копья! *** — Грудь Ваша благоуханна, Как розмариновый ларчик… Ясновельможна панна… — Мой молодой господарчик… — Чем заплачу за щедроты: Тёмен, негромок, непризнан… Из-под ресничного взлёту Что-то ответило: — Жизнью! В каждом пришельце гонимом Пану мы Иезусу — служим… Мнёт в замешательстве мнимом Горсть неподдельных жемчужин. Перлы рассыпались, — слёзы! Каждой ресницей нацелясь, Смотрит, как в прахе елозя, Их подбирает пришелец. Вот ссылка на мой скромный текст: https://t.me/bilchenko_official/19204 Я хочу сделать современную версию образа Марины Мнишек.