Post #52206

«Сигнал Вашингтону и Тель-Авиву»: иранист Восканян о том, почему избрание Моджтабы Хаменеи меняет правила игры Совет экспертов Ирана официально подтвердил избрание аятоллы Моджтабы Хаменеи новым духовным лидером исламской республики. Сын погибшего в результате ударов США и Израиха верховного лидера аятоллы Али Хаменеи принял бразды правления в момент, когда регион балансирует на грани большой войны. Своим взглядом на ситуацию поделился известный армянский иранист Вардан Восканян. – Многие западные СМИ уже поспешили назвать избрание Моджтабы Хаменеи «династическим переворотом» или отходом от революционных принципов Хомейни. Насколько это соответствует действительности? – Это совершенно поверхностный взгляд, продиктованный либо непониманием иранской политической культуры, либо сознательным желанием выдать желаемое за действительное. Избрание аятоллы Моджтабы Хаменеи на пост духовного лидера содержит как минимум три фундаментальных сигнала внешнему миру. Во-первых, и это самое главное, демонстрируется системная политическая преемственность в Иране. В Тегеране не любят резких движений и «революций» во власти. Здесь ценят стабильность, особенно сейчас, когда страна находится под беспрецедентным внешним давлением. – То есть, смерть прежнего лидера не стала для истеблишмента шоком? Процесс был предопределен? – Безусловно. В Иране существует отлаженный механизм передачи власти внутри элит. И тот факт, что новым лидером стал именно Моджтаба Хаменеи, говорит о том, что консенсус был достигнут быстро. Но важно понимать: его избрали не просто потому, что он сын. Это был бы упрощенный подход. – А каков истинный расклад? Что стоит за этой кандидатурой? – Здесь мы подходим ко второму важнейшему сигналу. Новый духовный лидер — это не просто духовное лицо. Это одна из самых влиятельных фигур в так называемом «глубинном государстве» Ирана. Он прошел ирано-иракскую войну, он понимает, что такое реальные боевые действия. Он десятилетиями тесно связан с Корпусом стражей исламской революции (КСИР). Иными словами, этот выбор в нынешних военных условиях имеет не только духовное, но и чёткое военно-политическое обоснование. КСИР поддержал его не за красивые глаза, а потому что он свой. Человек, который не будет колебаться в вопросе национальной безопасности. – Получается, что Иран сейчас выбирает не проповедника, а главнокомандующего? – В некотором смысле — да. Фигура лидера в Иране всегда была синкретичной. Но сейчас, когда тень войны нависла над регионом, а Тегеран потерял нескольких ключевых фигур в результате диверсий, им нужен тот, кто сможет жестко контролировать ситуацию и сохранить единство фронта. Моджтаба Хаменеи — это человек системы до мозга костей. – И третий сигнал, о котором вы упомянули, наверняка адресован Вашингтону? – Совершенно верно. Этим выбором Иран сигнализирует: даже такая могущественная сверхдержава, как США, не может навязать нам лидера или повлиять на наш выбор. Пока Иран существует как независимое государство, решения будут приниматься в Тегеране, а не в Белом доме. Попытки США и Израиля обезглавить систему путем точечных ударов провалились. Система самовоспроизводится, и на место каждого мученика приходит подготовленный преемник. – Есть ли в этой новой реальности место для Армении? Как нам выстраивать диалог с обновленным руководством Ирана? – Для Армении сейчас критически важно не ошибиться. Мы должны понимать: Иран останется Ираном. Его фундаментальные интересы на Южном Кавказе неизменны. Это недопущение изменения границ и блокирование враждебных транзитных проектов, которые могут отрезать его от Армении. С приходом Моджтабы Хаменеи, человека из КСИР, эти вопросы будут рассматриваться под еще более жестким углом безопасности. Если Ереван продолжит метаться между Западом, Баку и Анкарой, забывая о том, что Иран — наш стратегический сосед и естественный противовес турецко-азербайджанскому тандему, мы можем получить очень холодный душ со стороны Тегерана. Новый лидер не будет церемониться с теми, кого сочтет ненадежными партнерами.