Post #549

Дневники🎸 В 1992 году в России были введены приватизационные чеки — ваучеры, которые выдавались каждому гражданину страны, достигшему определенного возраста. Мне уже полагался. Ваучеры покупались-продавались-менялись-вкладывались. К весне 1993 года стоимость ваучера у скупщиков в среднем равнялась 3 000 рублей при номинале 10 000 рублей. Я уже вовсю рубил рок-н-ролл и остро нуждался в настоящих инструментах. Мы использовали акустические гитары, и цель обрести истинное электрическое звучание была в приоритете. В феврале-марте кто-то предложил полуакустический болгарский бас Cremona за 3 000 рублей. Тут-то ваучер и пошел в дело: сдан перекупщикам, и бас был куплен. Интересно то, что я на бас-гитаре не играл, но желание иметь в арсенале настоящую электрогитару было сильнее разума. Главное — форма, а не содержание. Такой тезис был определяющим для нас на тот момент. Сначала бас насиловал, пытаясь извлекать какие-то звуки, мой друг и соратник Густав. Это был настоящий панк-рок, панк-рок высшей пробы. В скором времени Густав был отстранен за профнепригодность, и бас-гитаристом стал Макс Максименков, которого потом сменил Жека Киктенко. Репетируя в домашних условиях, бас подключали через бытовой усилитель. В усилителе от перенапряжения регулярно что-то перегорало, и он шипел, дымил и вонял. На старых кассетах есть какие-то записи, на которых звучит этот инструмент, глухой, мягкий и мурлыкающий. А спустя года два или три бас был продан Гарику Алексееву, который, мимоходом говоря, родился в тот же день и в том же году, что и я. Вот такой вклад в развитие русского рок-н-ролла внесли Ельцин, Чубайс и компания, проводя эксперимент под названием "приватизация". На фото: приватизационный чек (ваучер), бас-гитара Cremona и я образца 1993 года.