Новый (седьмой) сезон «Чёрного зеркала» реабилитировал для меня сериал после откровенно проходных предыдущих двух. В своё время шестой сезон я досмотрел с трудом: из пяти серий три вообще мимо сериала. А вот в седьмом, разве что, чуть проваливается эпизод о съёмках кино, но и в нём есть любопытные моменты. Остальное очень хорошо, в духе сериала. И ещё куча мелких отсылок к предыдущим сезонам.
Наверное с точки зрения высказывания самая интересная серия — первая, обыгрывающая зависимость от корпораций. Кажется, убеждённым сторонникам капитализма и нынешней экономический модели человечества нужно побольше такого смотреть, чтобы мы в какой-то момент не оказались в мире, который там показан. Хотя, вполне возможно, что уже оказались.
По эмоциям очень сильная пятая, о мужчине, который вспоминал давние отношения. Проникновенно, грустно. И технологии, которые там показаны, уже у нас на носу. По крайней мере делать трёхмерную сцену из фотографии мы уже умеем.
Понравилась задумка в серии про девушку-кондитера. Посмотрел бы побольше такого. Можно целый сериал даже: как разные люди справляются с такими способностями. Причём, сериал можно сделать очень мрачный, под лозунгом «бойся своих желаний».
В серии о роевом интеллекте было приятно увидеть Капальди, но сюжетный ход я разгадал с первых минут. Слишком много читаю и смотрю фантастики. Нечто подобное было в одном из эпизодов «The Outer Limits» (к слову, «Чёрное зеркало» не впервые почти дословно цитирует его).
Ну и продолжение Каллистера — очень в тему. Не так много серий «Зеркала» было бы уместно продолжать, выбор считаю крайне удачным. Конечно, никаких хитрых сюжетных флипов и глубоких мыслей там нет, но во многом от этого даже проще после в целом тяжёлых предыдущих эпизодов.
Короче, либо там кому-то настучали по голове после низких оценок предыдущих сезонов, либо сменились шоураннеры, но вера в сериал восстановилась.
#fiction
Armenian Song and Dance Ensemble — Armenian Festival (Monitor Records, 1961)
#traditional#tar#duduk#Armenia
Альбом Armenian Festival знакомит слушателей с образцами армянской народной музыки и традиционными инструментами. В сопровождении дудука, деревянной флейты с двойной тростью, и тара, струнного инструмента с деревянным корпусом, обтянутым кожей, звучат песни о сельском труде, природе и жизни горцев.
Особое место в альбоме занимает жанр хоровел (հորովել), исполняемый во время пахоты. Обратите внимание на песню «Gutani Yerg (Գութանի Երգ)» — одно из ярких воплощений этой традиции.
В записи участвовали артисты Государственного хора Армении, Армянского оркестра народных инструментов, вокалист Вагаршак Мамиконян и тарист Соломон Сейранян. Все они объединились в «Армянский ансамбль песни и танца» ради этого альбома.
Руководил процессом Татул Тигранович Алтунян — дирижёр, музыковед-фольклорист и профессор Ереванской консерватории. Благодаря его академической закалке аранжировки получились значительно плотнее и сложнее традиционных. Но это не выглядит как попытка учёного «подправить» народную музыку, чем часто грешат советские записи. Эта пластинка местами скорее напоминает арабскую эстраду, Умм Кульсум или Файруз, но с корнями, уходящими в армянскую, а не арабскую землю.
🔗Spotify | Telegram
Benik Abovian & Zaven Azibekian — Traditional Musicians From Tavush (Maison Des Cultures Du Monde, 2002)
#traditional#field_recording#dhol#duduk#zurna#sring#dam#Armenia
Опираясь на географическое положение Армении и многонациональную историю Кавказа, армянскую народную музыку можно считать частью ближневосточного музыкального наследия. Однако, на протяжении веков армянская музыка находила свое вдохновение в сельских и пастушеских мелодиях, средневековых христианских религиозных монодиях, а также в городских традициях гусанов — бардов сасанидского, парфийского и, конечно, армянского происхождения. Этот путь дал начало глубокой и разнообразной музыкальной культуре, которая сохраняет свой уникальный характер.
Современные армянские народные музыканты гордятся этим разнообразным наследием, которое значительно обогатилось в XIX и XX веках. Период потрясений того времени, в частности, геноцид 1915 года, а также политика урбанизации в советской Армении, способствовали тому, что народная музыка, как сельская, так и городская, была сохранена и увековечена деревенскими музыкантами.
Тавушская область, расположенная на северо-востоке Армении, недалеко от границ с Грузией и Азербайджаном, не является исключением. Как и во многих других регионах Армении, народная музыка здесь до сих пор исполняется в деревнях во время свадеб, фестивалей и похорон.
Последователи древних традиций, гусаны Беник Абовян и Завен Азибекян признаны одними из лучших исполнителей тавушской народной музыки. В 2001 году в деревне Кирантц и городке Ноемберян Николас Бергер записал игру музыкантов для французского Института мировых культур. В течение всего альбома звучат импровизации музыкантов на разнообразных духовых инструментах, таких как зурна, дудук и сринг, сопровождаемые ритмами доула.
🔗Spotify | AppleMusic | Telegram
Hesam Inanlou — A Lament for Existence (Hermes Records, 2021)
#persian_classical#jazz#kemenche#tombak#duduk#nyckelharpa#bandoneon#erhu#Iran
A Lament for Existence — альбом камерной традиционной музыки с задумчивым и печальным настроением. На нем мы можем услышать ряд дуэтов, записанных иранским исполнителем на киманче, Хесам Инанлоу, с западными и восточными музыкантами. Здесь звучат как фортепиано и кларнет, так и куда более необычные инструменты, такие как бандонеон и эрху. Музыка была написана в дистанционном формате во время пандемии короновируса в 2020 году и опубликована 2021 году.
Spotify | AppleMusic | VK