Не хотелось уходить из отрасли, но Росатом сокращает айтишников. Сейчас расскажу.
Вот и подходит к концу мой пятилетний срок работы в Атомстройэкспорте. Не буду лукавить, это было очень интересно. Когда-то в 2019-м нас наняли целой командой после победы в треке Росатома в крупнейшем в мире хакатоне. Я ничего не знал о внутренностях этой компании, но сразу был приятно удивлён: современный технологический стек, хорошие процессы, команда молодых и очень компетентных спецов. Платили айтишникам вполне по рынку. Казалось, что такая железобетонная в прямом и переносном смысле отрасль, как строительство атомных станций, будет жить вечно и обеспечит нас работой на долгие десятилетия. Без преувеличения я с гордостью всем рассказывал о своём месте работы.
К этому добавлялось ещё два важных позитивных фактора:
Во-первых, очень приятная атмосфера взаимодействия с коллегами. Думаю, в Росатом многие шли из-за неравнодушия к отрасли, с желанием заниматься чем-то серьёзным и полезным.
Во-вторых, классная корпоративная культура, в особенности ежегодный чемпионат AtomSkills, который дарил одни из самых ярких эмоций за мою соревновательную карьеру.
Но, увы, в структуре управления Госкорпорацией есть фундаментальная проблема. Возможно, она существует в любой крупной компании, но в Росатоме проявляется особенно сильно — отсутствие горизонтальных связей между соседними ветками иерархии. И на самом высоком уровне (разные компании внутри ГК общаются друг с другом, как враги, и сражаются за ресурсы), и на самом мелком (руководитель мог забирать разработчиков, даже если это приводило к срыву задач другого руководителя). Такой способ управления держится, пока у веток есть общий корень — например, крупный начальник, которому важны все подопечные проекты.
В итоге, когда в прошлом году ушла вице-президент по цифровизации, вся дирекция мгновенно балканизировалась (то есть, развалилась на изолированные островки). За продуктами целиком перестал кто-либо стоять, островки оказались нежизнеспособны, и к настоящему моменту де-факто закрыты три основных цифровых разработки дирекции, а пара сотен айтишников ушли на рынок. Обязательства же перед заказчиком в разрезе айти пытаются выполнить, спешно реанимируя старую версию софта, в которой номинально даже реализовано больше функций. С меньшей детализацией, меньшей надёжностью и меньшей поддерживаемостью, но об этом на презентациях можно не говорить.
Добавьте сюда ещё такой эффект: достаточно много интересантов, которым цифровизация стройки не нужна и мешает. Потому что цифровизация делает процессы более прозрачными и упорядоченными, усиливает контроль со стороны генподрядчика, требует обучать и дисциплинировать людей. Конечно, многие (очень многие) не хотят этого.
Кстати, пара других компаний в ГК хотели забрать к себе часть людей, но им заблокировали найм, а позже и там тоже начались сокращения. Поэтому я и говорю, что Росатом сокращает айти, а не АСЭ. Уверен, через несколько лет придёт сильный управленец, который захочет реанимировать идею общей цифровизации процессов на атомной стройке, придётся заново собирать команды и скорее всего заново запускать дорогую разработку. А пока, увы.
В течение нескольких следующих дней я буду рассказывать вам свою историю поиска работы: современное состояние рынка, собеседования в крупные компании. Не переключайтесь!
Пока, Росатом. Это было классно. #life
▶️Ukraine is guilty of inaction during the Odessa Trade Union House tragedy. This ruling was made by the European Court of Human Rights.
‘The authorities’ failure to do everything to prevent the violence, to stop that violence after its outbreak, to ensure timely rescue measures for people trapped in the fire’, stated the ECHR.
On May 2, 2014, Ukrainian nationalists set fire to the Trade Union House, where people were inside. Radicals attacked those attempting to escape. A total of 48 people died. Memories of that terrible day are captured in an excerpt from the film ‘Maidan: Road to War’ (2022).
Source: @MTdocumentary
#Documentary
@BeornAndTheShieldmaiden
🚀Boost🚀